крышка колонки
 
  группа ВКонтакте   твиттер   домашняя страница   обратная связь  
 
 
architecture design building
 
 
 
vzglyad
in-focus
in-focus
may-be
афиша
kirov_news
kirov_news
seporator
Исторические личности
Памятники архитектуры Кирова
Статьи об архитектуре Кирова
Афанасьево
Белая Холуница
Богородское
Кирс
Котельнич
Луза
Малмыж
Нолинск
Орлов
Подосиновец
Санчурск
Слободской
Советск
Суна
Уржум
Яранск
история
строить
архитектура
архкод
Сергей Котов
Линия-стиль
дизайн
Design-do
Modern Home
Астанков
Астанков
Мира
Пятый угол
строительство
Арсо
KCCK
OKC OCM
экспертиза
КЭСО
образование
ВГГУ
МГЭИ
РУИ
spacer
spacer
новости
 
  

Архитектура сельских поселений.

Архитектура сельских поселений.История Вятской земли XVI века в территориальном развитии показывает, что Вятка была окружена нерусским населением (коми-зыряне, пермяки, удмурты, марийцы, татары, чуваши, мордва и др.) и являлась форпостом русского государства на Востоке. Русской территорией считалась земля по среднему течению р. Вятки и нижнему течению р. Чепцы, а русскими городами — Котельнич, Хлынов, Орлов, Слободской и Шестаков с их уездами. В 1546 году Иван IV в своей жалованной грамоте всем крестьянам, поселившимся у города Шестакова, разрешил «лес сечи, и пашню распахивати, и дворы ставити». Так образовались первые сельские поселения — «ряды», «починки», «рядки», как их называли в писцовых книгах XVI—XVII веков. Два-три двора и часовенка — это починок. Пять-семь дворов — деревня. Село — десяти-пятнадцати дворов. В центре поселения церковь, а чаще часовенка.

Архитектура сельских поселений.Поселения располагались по берегам рек и озер, по увалам и оврагам. В «Записках путешествия в Сибирь» А. И. Радищев в 1790 г. писал о Вятском расселении: «Татары, черемисы, чуваши селятся по увалам и долам. Русские по горе. У чуваш и черемис избы черные... У татар избы белые, впереди камелек». В расположении городских и сельских поселений складывался единый порядок. «Слободу Кукарку, например, окружало кольцо из 30 сел. Каждое село, в свою очередь, было центром округи из нескольких деревень. К деревне примыкало несколько починков» (В. А. Берлинских. Советск (Кукарка) в книге Энциклопедия земли Вятской том 1, Города. Областная писательская организация, Киров, 1994, стр. 263).

Архитектура сельских поселений.Свободная и живописная планировка и гармоническое сочетание застройки с окружающей природой, характерные для вятских сельских поселений, подтверждаются описаниями Нижнего Починка (XVIII в.) современным вятским исследователем и ученым А. Г. Тинским; «Неторная дорога от моста через Молому поднималась по косогору на крутой правый берег, к храму. Добротные пятистенные избы на подклетах стояли свободно на одной стороне единственной улицы, всеми своими шестью окнами всматриваясь в примоломские луга и заречную даль. Ни один дом не мешал другому, не загораживал ни солнце, ни широкое приволье. Линия застройки извивалась, повторяя все извивы косогора» (Тинский А. Г. Вятская мозаика. Кировское отделение Волго-Вятского книжного издательства, Киров, 1994., стр. 51).

Природная среда воспринималась народом-зодчим как важное начало формирования жизненной среды, где архитектура должна стать рукотворным продолжением природы. Эстетическая ценность природы, ее неповторимость отразилась на всем, чем окружал себя человек, на всем, что создавали его руки, — от ложки до тканного станка, от амбара до храма.

Основным и почти исключительным строительным материалом крестьянских изб, амбаров, часовен и храмов являлось дерево, благодаря доступности, простоте в обработке, а также хорошим теплотехническим свойствам. «Возле леса жить — голода не видеть», — говорила русская пословица.

Основной конструктивной формой сооружения являлся сруб, сложенный из горизонтальных рядов бревен — венцов, связанных по углам врубками с небольшими концами — «в обло» и без концов — «в лапу» или «в шип». Сруб (или по-старинному «стопа») с дверью, окнами, полом, потолком и крышей назывался «клетью». Клеть, которая предназначалась для жилья и имела печь, называлась избой или истопкой. Первые избы без дымоходов и труб назывались «шурными», или «черными» избами. К основной клети при необходимости «прирубались» другие. Из двух помещений — избы и клети состоял в XVI веке двор крестьянина. Несколько клетей, связанных в одно целое, в зависимости от их числа, назывались «двойней», «тройней», «четвертней». В XVII веке жилище крестьянина развивается: между теплой и холодной клетями появляется третья клеть — сени. Этот тип жилища состоял из трех частей; изба — сени — клеть под одной крышей стал основным на длительный период и получил в дальнейшем отражение в каменной архитектуре жилых домов. Большие и богатые постройки из нескольких соединенных клетей назывались «хороминами».

В результате выделения некоторых групп крестьянства возникли и богатые хозяйства и крупные постройки — дома-усадьбы, где жилая часть, состоящая из ряда горниц, объединялась в один объем с хозяйственной частью — двором.

Рядом с избой строились теплые хлевы, омшаннии, сараи и т. д., которые часто покрывались одной общей крышей с избой, что в целом имело своеобразную монументальную композицию.

Основной тип сельских построек был един при архитектурном разнообразии и это характерно не только для планировки сел, усадеб, изб, но также и для конструктивно-декоративных форм деревянных построек.

Исследователь русского деревянного зодчества Р. М. Габе, описывая и анализируя крестьянское жилище, отмечал: «Искренность и правдивость, присущие произведениям крестьянской архитектуры, сказываются и в рациональном использовании материала и в рациональном применении конструкций: никакой фальшивой конструкции, никаких без надобности строительных материалов, никаких форм, не вызванных необходимостью». (Габе Р. М. Архитектурные формы в деревянном зодчестве и возможность их применения в колхозном строительстве. — Проблемы архитектуры Т. 2, кн. 1. М., 1937, с. 341.)

Крестьянин в своем доме не чувствовал себе инородным, все здесь было тщательно продумано, привычно, доступно, соответствовало назначению и настроению. Это и влекло человека к дому, будь он в поле или в дальнем промысле. Притягивал не просто дом, не сама по себе усадьба, а среда в этом доме, сложившийся эмоциональный климат, вызванный историей поселения, его культурой, коллективной памятью.

Русские поселения XVII в. строились скученно и тесно, без определенного порядка и плана. В петровское время впервые был поставлен вопрос о рациональной застройке сел и деревень. В деревнях, как и в городах, предписывалось ставить жилые строения «в линию» вдоль проезжей улицы. Это определяло регулярность и являлось средством борьбы с частыми и сокрушительными пожарами.

Известный публицист петровского времени И. Т. Посошков пишет в трудах («О скудности и богатстве» и др.) о необходимости правильной организации крестьянского двора, новой планировки русских деревень и рекомендует ввести единообразную систему застройки деревенских дворов и хозяйственных участков. Одинаковые геометрически правильные участки с избами, поставленными торцом к улице, предлагалось располагать вдоль большой дороги: дворы размещались «гнездами» — по два смежных двора, отделенные пространством не менее 20 сажен друг от друга. Участки устанавливались определенных размеров (30 х 60 м).

В 1722 г. был издан первый правительственный Указ «О строении крестьянских дворов в погорелых и вновь строящихся селах и деревнях «по образцовому» чертежу. Указом устанавливалось располагать избы «в линию» и соблюдать разрывы между ними. Размещение построек и размеры дворов не регламентировались.

Несмотря на повторение указа в 1724 г. застройка сельских поселений велась крестьянами по старому народному обычаю. В первой половине XVIII века постепенно входило расположение изб вдоль улиц и дорог, но без учета разрывов и чертежа.

В середине XVIII века указанные приемы продолжали внедряться в строительстве сельских поселений. В 1753 г. был опубликован указ о регулярной застройке — по «образцовому» чертежу — «сгоревших и вновь отстраиваемых деревень», почти дословно повторявший указ 1722 г. Документ, направленный на пресечение частых пожаров и устранение тесноты в селах и деревнях, дважды опять издавался в 1754 и 1755 гг. Однако, несмотря на указы, традиционная планировка и застройка без разрывов продолжались, и крестьяне неохотно и мало строили по «образцовому» чертежу.

В 1817 году император Александр I самостоятельно составил дополнительные статьи по организации сельской застройки к своим замечаниям об устройстве городов. В Вятку этот документ «Примечания о дорогах, деревнях и городах» поступил в начале 1818 года. Во второй части «О деревнях» император предписал: «Стесненное расположение домов и узкие улицы суть причины неминуемого бедствия в случае пожара. В отражение сего нужно исподволь заводить:...
25) Дабы улицы в селах и деревнях имели по крайней мере от 10 до 15 сажен широты.
26) Дабы сплошного строения не дозволять, а располагать домы так, чтобы между каждых двух был надлежащий проезд и чтобы всякое таковое гнездо разделялось огородом или пустым местом от 12 до 16 сажен, огораживая оное забором или таким частоколом у коего верхи должны быть равно обрублены...
27) В таком селении, которое многолюдно, надобно чтобы среди одного была площадь, а в самых больших и торговых и более одной, смотря по нужде...
32) При въезде в каждое селение иметь... столб с доскою, показывающей, как селение оне называется, кому принпд 10 ЮП И какие имеет число душ...
35) Не позволять впредь заводить церквей в селениях иначе как на площадях, среди же обывательских домов построение ОНЫХ строго воспрещается».

Архитектура сельских поселений.В статьях 28—31, 33—36 изложены требования по устройству колодцев, отводных каналов с мостиками. «Никакой нечистоты не позволять», «дабы каждый хозяин подметал и очищал улицу против своего дому, точно также как он очищает у себя избу», об устройстве почтовых станций и почтовых домов, «кладбищ среди селений не иметь, а места под оные избирать позади селения при построении новых церквей». В целом статьи части 2 «О деревнях» и части 3 «О городах» дополнили первые указы XVII в. по основам планировки, застройки и благоустройства сельских и городских поселений России и получили отражение в планах вятских поселений.

В XVIII веке до 60-х годов в Вятской губернии существовала «лядинная» система земледелия и крестьяне переходили с одного места на другое (как и при Иване IV «лес сечи, и пашню распахивати, и дворы ставити»), производили посевы, а после истощения земли искали новые места для жилья и посева.

Архитектура сельских поселений.Вятские рубленые избы этого периода отличались от северных меньшими размерами, часто отсутствием подклета и самостоятельным покрытием расположенного сбоку двора. Фасады сохранили группировку малых окон и имели значительно скромный декор своих элементов (наличники, лобовые доски и т. д.).
Во второй половине XVIII в. было усилено внимание к планировке и перестройке сельских поселений. Введение генерального межевания по губерниям также активизировало работы по перепланировке деревень. Перестройка и регулярная планировка реализовались только в «экономических и казенных» селах, расположенных у больших дорог, почтовых трактов и речных пристаней, остальные же поселения продолжали иметь плотную застройку, традиционные рубленые избы — дворы и курные избы.

Архитектура сельских поселений.Каждая постройка селения, оставаясь глубоко индивидуальной, становилась частью единого целого, а само селение — единым
ансамблем.

Важнейший компонент каждого селения — его общественный центр, которому была свойственна многофункциональность. В центре соединялось многое: и выделение в селении главных культовых сооружений, устремленных вверх, и необходимость устройства зрительных ориентиров в просторах ландшафта, по которым издали узнавалось селение. Основным общественным сооружением была приходская церковь (в деревнях — часовня), Рост селений, образование крупных гнезд заставили выделить звонницу церкви в самостоятельное сооружение — колокольню.

Архитектура сельских поселений.Крестьянские избы, построенные в этот период, отличались обширными размерами, удобствами и прочностью. «Громадные крестьянские избы в два этажа или на две половины — «рабочую и чистую», обширный двор, крытый наглухо тесом, прочные, поместительные хозяйственные службы вблизи дома — все это указывает на прежнюю зажиточность крестьян и обилие леса в их распоряжении».

В конце XVIII в. крестьянская изба разделяется по планировке на отдельные помещения с выделением кухни и необходимых функциональных помещений, рубленый фронтон заменяется тесовым с карнизом, в конструкцию крыши внедряются стропила вместо традиционных самцовых крыш на слегах. Декоративная обработка изб, амбаров, часовен, церквей и храмов отличались строгим орнаментальным «убором» с прорезной и рельефной резьбой, «корабельной резью» или «глухой резьбой», которая получила широкое распространение в середине XIX столетия.

В 1864 году были запрещены самовольные расчистки казенного леса и строительство поселений. «Новые избы встречаются весьма редко; строения обыкновенно ветхи, с покосившимися стенами и разрушающимися углами. В Орловском, например, уезде встречаются такие убогие лачуги, которые более напоминают телятники, чем людское жилье. В Котельничском уезде крестьяне перерубают (перестраивают) избы из старых до трех раз. В северной части Яранского уезда строят избы всегда из старых, которые скупают у крестьян, перебирающихся на починки или переселяющихся в далекие края. Здесь начинают уже входить в употребление и мазанки, чего прежде никогда не бывало», — так описывает этот период в очерке «Вятский край» Матвей Песковский.

В 1873 году губернское земское собрание принимает решение о постепенной перестройке всех поселений по проектным планам, первые из которых составил земский губернский архитектор В. М. Дружинин и техник строительной комиссии Н. К. Копаччио.

Планы селений составляли уездные землемеры, утверждал губернатор и к 1900 году проектные планы имели 42% больших и малых поселений. Крестьяне не сразу принимали проектные планы и установленные требования к застройке. Архитектор В. М. Дружинин сообщал, что даже новые починки по планам строить не удается: они возникают самовольно, без ведома администрации.

Многие крестьяне по своим достаткам не могли вместо «черных» строить «белые», как требовали правила и планы.

На начало XX века, как отмечает в своем очерке «Вятский край» Матвей Песковский, территория Вятской губернии по величине составляла 13904020 десятин*, или 134 537 квадратных верст*. Пахотные земли занимали 35,5% территории, лес — 57,3*, сенокос — 5%, под рудниками —15 тыс. десятин, а остальное — неудобные земли. Десятина = 2400 кв. саженей (1.09 га, т. н. казенная). В XIX в. употреблялась владельческая (хозяйственная) — 3200 кв. саженей (1.45 га). Верста = 500 саженей (1.0668 км). Сажень = 2.1336 м.

Крестьян числилось около 2 750 000 человек и 83% сельского населения занималось исключительно земледелием на пахотной площади в 4 800 000 десятин. Население губернии в связи с природными условиями имело неравномерное расселение: удобные для заселение места имели большую скученность небольших по размерам селений, а огромные лесные и заболоченные площади не использовались. В административном отношении губерния была разделена на 12 уездов с 12 городами, 312 волостями, в которых 22 818 селений и в них 456 тыс. крестьянских дворов.

Последовательное осуществление ленинского плана преобразования сельского хозяйства привело к социально-экономическим изменениям в деревне, в том числе к трансформации исторически сложившегося сельского расселения. В сельском расселении четко выражается тенденция укрупнения сельских поселков за счет устранения самых мелких форм (хуторов, небольших деревень, сел). Организуются колхозы и начинают создаваться первые машинно-тракторные станции (МТС) и поселки при них, которые положили начало внедрению новых проектных решений.

В 1924 году Наркомземом и НКВД РСФСР были составлены «Обязательные правила о распланировании селений и их застройки», снабженные типовыми схемами планировки деревень. Характерной особенностью была рекомендация о размещении в центре сел площадей и новых типов общественных зданий (народный дом, сельсовет, правление кооперации, магазины и т. д.). На площади предусматривалось также устройство памятника и общественного колодца. Вводилась квартальная система застройки. Общественные здания (школа, детские ясли, бани и т. д.) располагались в жилой части села; производственные постройки — на периферии. Правила предписывали ряд противопожарных и санитарных мероприятий.

Заметную роль в деле дальнейшего развития сельской архитектуры сыграла Всесоюзная сельскохозяйственная выставка 1923 года, где были показаны новые возможности и пути рационализации существующих построек. Отдел «Деревня» на выставке состоял из трех частей: «Современная деревня», «Новая деревня» и «Общественные здания деревни».

К началу 30-х гг., кроме отдельных индивидуальных жилых домов и домов-комплексов сельскохозяйственных коммун, основной массой застройки села являются новые деревянные избы с усовершенствованной планировкой жилой части. Строились новые и реконструировались старые школьные здания. В Вятской губернии в 1926 г. строилось 50 новых школ.

«Колхозцентром» был выпущен альбом проектов для застройки колхозов, который явился методическим руководством проектирования различного типа зданий и сооружений. В альбоме представлены варианты генеральных планов застройки центра, проекты двух- и трехквартирных жилых домов, свинарников, двухрядных коровников и т. д. Однако новые проектные предложения не находили практического применения и, как отмечал М. И. Калинин, «коллективизация сельского хозяйства мало отразилась на планировке наших сел, а тем более на архитектурном оформлении общественных построек. МТС, колхозные фермы, сельские предприятия, школы, детские ясли и все это строилось в приспособлении к существующей деревне, иногда в ущерб себе, приноравливаясь к уже имеющейся планировке села». (Калинин М. И. Большая общественная задача. Статьи и речи. 1941-1946. М., 1975, с. 329.)

С 1934 года в Академии архитектуры начались научные исследования в области сельской архитектуры по созданию новых типов сооружений и комплексов. Сельское жилище рассматривалось не только как жилой дом, но как единый комплекс сооружений жилищно-бытового и производственного характера, включающий жилые помещения, хозяйственные постройки и всю усадьбу в целом с ее озеленением и благоустройством. Были разработаны типовые проекты центральных усадеб совхозов и их отделений — «экономии». Планировка поселков построена на прямоугольной сетке улиц с общественными центром вокруг площади, к которому примыкают жилые кварталы двухквартирных одноэтажных домов. На достаточном расстоянии от общественного центра размещалось производство: машинно-тракторный парк с ремонтными мастерскими и складской группой зданий. Новый силуэт села наряду с общественными зданиями определяли элеваторы и водонапорные башни. При формировании новых и реконструкции старых сел и их застройке проводилось функциональное зонирование территории, слабо выраженное в дореволюционных селах.

5 декабря 1938 года Кировский край преобразован в Кировскую область; при этом из ее состава выделена Удмуртская АССР, а в нее в 1941 году включены три района Архангельской облати (Опаринский, Лальский, с 1965 г. — Лузский и Подосиновский), в эти годы основными пользователями земель сельскохозяйственного назначения стали колхозы и совхозы. В 1940 году в области насчитывалось 10 259 колхозов, 17 совхозов и 98 МТС. На один колхоз приходилось в среднем 34 колхозных двора.

За годы Великой Отечественной войны не поддерживаемые ремонтами жилые дома и особенно производственные здания колхозов обветшали и разрушились, и с первых послевоенных лет было начато их восстановление. Большое внимание уделялось энергетическому хозяйству колхозов, и в первые же годы было построено 154 сельских электростанции; 86 электростанций еще строились. При облисполкоме было создано управление по строительству в колхозах, в районах появились первые межколхозные строительные организации, особое внимание уделявшие огнестойкому строительству производственных и общественных зданий. «Многие колхозы занимаются благоустройством сел, помогают колхозникам строить жилые дома. В 1955 году в колхозах добыто бутового камня в три раза и обожжено кирпича в два с лишним раза больше, чем в 1954 году», — сообщала выпущенная Кировскими книжным издательством в помощь колхозным строителям книга Тинский А. Г. «О строительстве в колхозах.» Кирой, 1956. В ней давались рекомендации по выбору участка для строительства и составлению проектно-сметной документации. Укрупнение коллективных хозяйств и новые формы расселения существенно отразились на архитектуре села. Положено начало планированию сельскохозяйственных районов и разработке новых планировочных решений сельских населенных мест. Характерной особенностью сельской застройки Кировской области стал постепенный переход к строительству колхозов, совхозов и МТС на основе специально разработанных генеральных планов.

«Строительство без проекта планировки приводит к тому, что вновь возводимые дорогостоящие капитальные объекты располагаются непродуманно, на случайных участках, без учета перспектив развития хозяйства и селения, без учета технологий сельскохозяйственного производства, с нарушением санитарных и противопожарных требований застройки сельских населенных мест», — отмечают в начале своей работы «Как составить проект планировки колхозного села» в 1959 г. начальник строительного отдела конторы «Облпроект» Кировской области А. С. Казанский и главный ниженер областного управления строительства в колхозах И. И. Чаузов. Авторы впервые в области рекомендуют специалистам села на месте составить простейшие схемы планировки, а проектировщикам научной основе разработать проекты планировки сельских населенных мест. Выбор местоположения хозяйственных центров укрупненных колхозов производится на основании перспективного плана развития колхоза и с учетом определения мест для переноса сельских поселений. В центральной усадьбе колхоза сосредоточивается основное производственное, жилищное и культурно-бытовое строительство, что предопределяло развитие поселений в крупные поселки.

В этот период впервые рекомендованы нормы площадей для производственных зон и размеры территорий жилых зон сельских населенных мест с целью упорядочения, увеличения плотности и экономичности застройки. В планировке села, направлении улиц и размещении зданий учитывается рельеф местности, наличие водоемов и природные особенности ландшафта. Этим требованиям отвечала одна из первых схем планировки центральных усадеб в колхозах им. Ленина Зуевского района и «Верный путь» Шабалинского района Кировской области.

Основным типом жилого дома продолжал оставаться одноэтажный одноквартирный дом с приусадебным участком. Традиционный жилой дом под одной крышей с хозяйственными постройками и хозяйственным двором не рекомендовался, так как считалось, что передача коров и скота личного пользования в колхозы снимает надобность в таком дворе. Получают применение двухквартирные дома, где стоимость одной квартиры при одинаковой средней жилой площади дешевле примерно на 9 процентов, а по расходу топлива экономичнее на 18 процентов. Строительство двухквартирных домов уменьшило ширину приусадебных участков, уплотнило застройку, сократило протяженность улиц до 30 процентов и снизило затраты на благоустройство до 10 процентов. Однако застройка типовыми двухквартирными домами привела к однообразию, безликости и лишила село индивидуального архитектурно-художественного облика.

Начало 60-х годов отмечается большим размером сельского строительства, внедрением железобетонных конструкций и индустриальных изделий. Проектирование и строительство всех зданий в сельских населенных пунктах производилось только по типовым проектам Центрального института типовых проектов и Центральной экспедиции института «Гипросельхоз».

Планы проектных работ в 1961 — 1965 гг. предусматривали разработку около 300 проектов планировки и застройки сел Кировской области. Проекты разрабатывают местный «Облпроект», Свердловский институт «Уралгипросельхозстрой» и «Ленгипроводхоз». Решением Кировского облисполкома от 17.04.61 г. в г. Кирове была создана экспедиция института «Уралгипросельхозстрой». В эти годы экспедицией разработано 14 схем районных планировок и 185 проектов застройки, среди которых первыми были с. Зониха совхоза «Зоновский» Верхошижемского района, с. Татаурово совхоза «Татауровский» Нолинского района и др. Одновременно ведется проектирование и строительство новых производственных сельскохозяйственных зданий: Фаленской, Даровской и Вятскополяиской птицефабрик и коровников в совхозах «Поломский» и «Пасеговский» Кирово-Чепецкого района.

В 1964 году экспедиция превращена в Кировский филиал института «Уралгипросельхозстрой», а через три года филиал влит и состав проектного института «Кировгражданпроект»; объединенная организация получила название института «Кировгипрогорсельстрой».

Архитекторы отдела генеральных планов Г. Д. Охапкина, М. М. Мамаева, В. И. Кропачев и руководитель группы В. В. Бакулев за проекты застройки п. Кстинино совхоза «Кстининский» Кирово-Чепецкого района, п. Спицыны колхоза «Искра» Котельничского района и с. Ильинское совхоза «Ильинский» Слободского района в 1967 году на ВДНХ СССР впервые награждены Дипломом III степени и бронзовыми медалями.

В период 1970—1975 гг. капитальные вложения в жилищное строительство возросли в 3 раза, в производственное строительство — в 2,8 раза, а в строительство объектов соцкультбыта — в 5,3 раза. Впервые в области начинается экспериментально-показательное строительство поселка Спицыно, села Ильинского и поселка Юбилейный колхоза «Путь Ленина» Котельничского района, проект застройки которого отмечен Дипломом II степени ВДНХ СССР и серебряной медалью. Проекты планировки и застройки поселка Октябрьский, совхоза «Мухинский» Зуевского района и поселка Коршик совхоза «50 лет СССР» Оричевского района отличаются дальнейшим развитием прогрессивных приемов планировки и применением современных проектов жилых и общественных зданий.

«Не узнать старинные деревни Пинегерь, Нижняя, Средняя и Верхняя Тойма. Исчезли жалкие лачуги, крытые соломой. Почти на 10 километров вдоль дороги тянутся добротные дома...», — так сообщала «Кировская правда» 7 ноября 1972 года о новом облике селений колхоза им. Мичурина Вятскополянского района.

Большая программа преобразования сел и деревень в благоустроенные поселки совхозов и колхозов определилась в 1974 г. постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР «О мерах по дальнейшему развитию сельского хозяйства Нечерноземной зоны РСФСР». Частью этой программы было сселение семей из «неперспективных» мелких сел и деревень в центральные усадьбы колхозов и совхозов. На первое января 1970 г. в области существовало 11 250 сельских поселений (в них 786,6 тысячи жителей), Укрупнение привело к тому, что к началу 1975 г. осталось 10 241 селение, а сельское население уменьшилось на 146,4 тысячи человек.

20 января 1975 г. Кировский облисполком принимает решение «О развитии и сселении сельских населенных пунктов и комплексной застройке центральных усадеб колхозов и совхозов области» на следующие пять лет. Все сельские поселения этим постановлением были разбиты на три группы: перспективные (с точки зрения их дальнейшего развития), ограниченно развивающиеся и неперспективные, то есть подлежащие сселению. К первой группе было отнесено 820 населенных пунктов, ко второй — 1646, к третьей — 6648. В селениях третьей группы всякое новое строительство было запрещено. Через три года — в марте 1978 г. — облисполком вернулся к этому вопросу, и седьмая сессия областного Совета 12 октября 1978 г. отметила, что в Арбажском, Кирово-Чепецком, Куменском, Мурашинском, Свечинском, Подосиновском, Советском, Сунском, Тужинском, Свечинском и Шабалинском районах сселение семей из мелких населенных пунктов проводится особенно неудовлетворительно, а застройка центральных усадеб колхозов и совхозов ведется некомплексно. Значительное число жилых домов строится без коммунальных удобств и не отвечает современным архитектурным требованиям. Резко отстает строительство инженерных сетей.

Отмечая сегодня экономические преимущества укрупнения сельских поселков, где проведена концентрация сельскохозяйственного производства и при этом значительно снижены удельные капиталовложения на жилищное и культурно-бытовое строительство и инженерное оборудование территории, необходимо указать и на отрицательные последствия сселения. Ликвидация огромного числа деревень коренным образом изменила уклад жизни жителей, разорвав психологические связи, традиции, привязанность к своему дому, селу, нарушила устойчивость и определенность родственных связей. Сейчас всем стало ясно, что в социально-психологическом плане ликвидация неперспективных сел без опережающего переустройства центральных поселков, на что требовалось 15—20 и более лет, стимулировала выезд населения, особенно молодежи и квалифицированных специалистов, из «неперспективных» сел в города, минуя села перспективные. В итоге к началу 1995 г. на территории области осталось 5 019 сельских населенных пунктов, а с постоянно проживающим населением — 4333, из которых в 1641-м живет от 1 до 10 человек, а в 831-м — от 11 до 25, в основном престарелых и пенсионеров. Численность сельского населения составляет сейчас 498,8 тысячи человек при общей численности жителей области 1 695,7 тысячи человек.

Попытки урегулировать процессы миграции в так называемых схемах сельскохозяйственной районной планировки, довольно слабо увязанных с перспективой развития сельскохозяйственного производства и промышленности, имели незначительный успех,
Еще в 1950-х гг. основным на селе был традиционный одноквартирный дом. Его неблагоустроенность (она сохранилилась доныне у преобладающей доли жилого фонда на селе) порождала стремление повысить плотность застройки сел и обеспечить, тем самым снижение стоимости инженерных сетей. Под влиянием этого и других факторов, в том числе и наличия производственной базы строительных организаций, рассчитанной на городское строительство, на селе получила довольно большое распространение многоэтажная жилая застройка. Она исключила возможность иметь при доме земельные участки и надворные постройки для личного подсобного хозяйства. Этот тип застройки вызывал многочисленные споры, но тем не менее распространение получил, что в определенной степени повлияло на отрыв части сельских тружеников от земли, превратив их из производителей сельскохозяйственной продукции в потребителей.

К 1980 году все колхозы и совхозы области имели проекты планировки и застройки центральных усадеб, разработанные на основе нескольких основных принципов:
— общественный центр сельского поселения должен занимать господствующее положение по рельефу с тем, чтобы его здания в застройке выполняли роль архитектурных доминант;
— к общественному центру и площади от въезда в поселок должна вести главная улица, размеры которой и характер благоустройства должны придать ей особое значение в архитектурно-планировочной структуре поселка;
— должно быть обеспечено стилевое единство жилых и общественных зданий;
— требования функционального и строительного зонирования должны быть соблюдены при максимальном учете особенностей ландшафта;
— на каждом этапе застройки она должна быть комплексной с учетом всестороннего обслуживания населения.

Эти принципы нашли отражение в проектах планировки и застройки центральных усадеб ряда совхозов Кирово-Чепецкого района: «Филипповский» (с. Широковцы), «Кировский» (с. Вахта), «Поломскнй» (с. Малый Канып), как и многих других совхозов области. Архитектурно-планировочные решения комплексной застройки в проектах центральных усадеб обеспечили разнообразие объемно-пространственных композиций поселки и их общественных центров. За счет совершенствования планировочных решений и вариантности повышено качество фасадов проектов домов усадебного типа. В проектах общественнных зданий учтены прогрессивные формы обслуживания сельского населения. Повысился уровень экономических обоснований проектных решений сельскохозяйственных производственных объектов с учетом как единовременных, так и эксплуатационных затрат. Так были запроектированы крупные животноводческие комплексы в совхозах «Филипповский», «Перекоп», «Кировский», «Кстининский», «Поломский» Кирово-Чепецкого района, в совхозах «Татауровский» Нолинского района и «Шалеговский» Орпчсвского района, а также птицефабрика на три миллиона бройлеров в совхозе «Кстининский».

За годы 10-й пятилетки (1976—1980 гг.) на жилищное и культурно-бытовое строительство в сельской местности израсходовано 372,2 миллиона рублей капитальных вложений — в 1,9 раза больше, чем в 9-й пятилетке. Введены в эксплуатацию жилые дома общей площадью 1,5 миллиона квадратных метров, школ на 29,3 тысячи учеников. В колхозах и совхозах газифицировано 75 процентов жилых домов. Построено 354 километра сетей водопровода, 15 километров канализации. Строятся поселки, в которых создаются близкие к городским условия по благоустройству. В действие введено 1 385 километров автомобильных дорог с твердым покрытием. Почти в три раза — до 195 тысяч квадратных метров жилья в год — возросли мощности панельного домостроения. Промышленные предприятия поставили колхозам и совхозам для жилищного строительства 25 тысяч деревянных домов и срубов.

В архитектуре сельских жилых и общественных зданий в этот период заметны три основных направления: традиционное деревянное зодчество, современное народное зодчество и индустриальное домостроение. Первые два направления характерны для индивидуального жилищного строительства; для строительства за счет средств колхозов или государства (в совхозах) типично и индустриальное, и традиционное строительство.

На протяжении целого ряда лет усадебному типу сельского жилища не уделялось должного внимания. С одной стороны, это объяснялось стремлением обеспечить село жильем, а этому отвечало строительство многоэтажных домов индустриального изготовления. С другой стороны, создание мощных животноводческих комплексов и птицефабрик порождало мнение, что в области нет уже крестьянина, а есть сельскохозяйственный рабочий, которому не нужно подсобное хозяйство. Результат — среди многоэтажной сельской застройки появились целые «городки» из сарайчиков весьма неприглядного вида: местные жители вопреки мнению специалистов из города продолжали держать скот и вокруг сарайчиков вскапывали землю под огороды. Создание уже в проекте условий для личного подсобного хозяйства стало очевидной необходимостью. Традиционный усадебный дом с хозяйственными постройками и садово-огородным участком оказался перспективным, и теперь совершенствованию его объёмно-пространственных решений и планировке архитектуры уделяют больше внимания.

Когда речь заходит о строительстве усадебных домом, часто встречается даже в специальной лтгературе термин «коттедж». Принципиально неверное употребление этого термина в значении сельского усадебного дома видно из определения, которое он получил в словаре русского языка С. К. Ожегова. Слово «коттедж» определяется здесь как «небольшой благоустроенный дом в пригороде, в рабочем поселке» — никакого отношения к сельскому укладу «коттедж» не имеет. И это понятно, ведь дом-усадьба — это не только жилье, но и целый комплекс хозяйственных и подсобных помещений, непосредственно связанных с сельскохозяйственным производством. Известный исследователь народного сельского жилища профессор В. Д. Мачинский отмечал, что «крестьянская постройка — это не столько жилье, ссолько хозяйственное устройство, в ней изба — только часть единого целого, всей усадебной застройки, преследующей производственные цели, а не только жилищные. Поэтому характеризовав крестьянское строительство, значит, выяснить характер его усадебной застройки и планировки в целом, а не какой-либо построим в отдельности, хотя бы это была сама изба». Мачинский В. Д. «Крестьянское строитаьство в России.» М., 1924 г.

Удельный вес хозяйственньх помещений современной усадьбы, безусловно, меньше, чем традиционной крестьянской, но роль, которую они играют в укладе сельской жизни, достаточно значительна, а следовательно, велико и их влияние на архитектурно-планировочную структуру сельского усадебного дома.

В конце семидесятых — начале восьмидесятых годов в области развертывалось строительство личных домов индустриального изготовления — крупнопанельное строительство на основе легких бетонов и заводское домостроение на основе древесины. Наряду с этим ведущими направлениями раздавалось и крупноблочное, и монолитное строительство. Появились новые архитектурные формы. Поиск выразительности архитектурного облика сельского жилища стал важнейшим: многие поселки уже были застроены безликими жилыми зданиями, их улица выглядели уныло и однообразно. Проекты как типовые, так и индивидуальные в своей основе оказались неполноценными по художественному замыслу, архитектурные формы их не выражали тектоники крупнопанельной системы, а попытки улучшить впечатление вариантами фасадов, как правило, были обречены на неудачу.Традиционные формы народного жилища — крыльцо, четырехскатные крыши, нарядные наличники — уместны лишь для домов из дерева или кирпича. Искусственное сохранение этих форм в панельных домах механистично и воспринимается, как стилизаторство и украшательство.

Крайне ограниченная номенклатура жилых домов и общественных зданий, освоенная сельскими домостроительными предприятиями, не позволяла вести комплексную застройку поселков в соответствии с утвержденными генпланами, вызывала многочисленные корректировки принятых планировочных решений и все-таки приводила к утрате архитектурного качества и выразительности застройки.

Под влиянием рекомендаций всесоюзного совещания-семинара по передовому опыту комплексной застройки поселков колхозов и совхозов (октябрь 1976 г., г. Горький) и придавая большое значение проверке проектных предложений практикой, Кировский облисполком 6 октября 1981 года принял решение об экспериментально-показательной застройке поселка Костино, центральной усадьбы совхоза «Красногорский» Октябрьского района г. Кирова. Практикой предстояло проверить предложенные архитектурно-планировочные решения поселка, типовые и индивидуальные проекты жилых домов из местных строительных материалов, различные типы хозяйственных построек для скота и птицы, разнообразные элементы отделки жилых домов и благоустройства поселка, а также и методы организации строительства.

По генеральному плану, разработанному институтом «Кировгипрогорсельстрой», поселок формируется вокруг пруда, к которому обращены фасады общественного центра: школы, дома культуры, торгового центра, детского сада, жилых 3-5-этажных домов, административного центра совхоза. С восточной стороны поселка на берегу пруда размещен экспериментальный квартал усадебных домов с хозяйственными постройками и земельными участками. Выбор оптимального варианта архитектурно-планировочного решения квартала, типов домов из различных материалов и их композиционное размещение определены научными исследованиями и крупномасштабным макетированием домов и застройки, выполненными сотрудниками кафедры архитектуры и студентами архитектурного бюро Кировского политехнического института. Рабочий проект застройки выполнили специалисты института «Кировгипрогорсельстрой» и Кировского центрального межколхозного проектного института В. И. Кропачев, В. И. Борцов, Г. П. Кузницын, А. Е. Шкледа и Т. П. Бобкова.

В поселке по типовым и индивидуальным проектам построен 21 дом, в том числе 16 одноквартирных и 5 двухквартирных. Каждый из них имеет свой индивидуальный архитектурно-художественный облик.

Итог эксперимента убедительно доказал преимущества комплексной застройки, ее экономическую и социальную эффективность. Проект застройки поселка Костино был удостоен дипломом I степени ВДНХ СССР, проектировщики института «Кировгипрогорсельстрой» награждены золотой, серебряной и бронзовой медалями, а авторский коллектив архитекторов и строителей вышли на соискание Государственной премии СССР. Архитектура поселка получила широкое признание, и в области была принята программа внедрения опыта комплексной застройки на 1986—1990 гг. во всех 39 районах. Лучшим следствием эксперимента стала комплексная застройка многих поселков в нескольких районах — поселков, ставших эталонами переустройства села: село Кочкино совхоза «Лесной» Верхнекамского района, деревни Марковцы совхоза «Киселевский» Кирово-Чепецкого района, поселка Краснооктябрьский колхоза «Красный Октябрь» Куменского района. В этот период большое внимание было уделено индивидуальному проектированию новых общественных и культурно-бытовых зданий на селе: домов культуры, детских садов с крытыми бассейнами, школ с универсальными залами па 50—75 мест, предприятий торговли и лечебно-профилактических учреждений. Один из индивидуальных проектов школы на 72 ученика с автономным спортзалом.

В январе 1989 г. облисполком принял «Программу-50», программу ускорения развития пятидесяти колхозов и совхозов области. В проектировании комплексной застройки приняли участие восемь проектных институтов и главное управление архитектуры и градостроительства области. Дополнительно были выполнены индивидуальные проекты жилых домов усадебного типа с архитектурно-художественным решением их фасадов — одно- и двухквартирные, в один и два этажа, из бруса, арболита, газосиликатных блоков, крупноблочные, крупнопанельные и монолитные.

Наибольший эффект переустройства, реконструкции и обновления сельских поселений возникает тогда, когда переустройство производится на базе повышения эффективности сельскохозяйственного производства. Так производилось обновление центральных усадеб совхоза «Роговский» Слободского района, «Васичевский» Советского района, «Вельский» и «Россия» Фаленского района, «Прокопьевский» Белохолуницкого района, колхозов «Восход» Даровского района, «Нива» Оричевского района, «Новая жизнь» Яранского района. Планировка и застройка этих населенных пунктов — пример правильного подхода к комплексному решению архитектурно-планировочных и одновременно социально-экономических задач в сельском жилищно-гражданском строительстве. Однако эти положительные примеры перестройки и реконструкции сел при достаточно высоком уровне архитектуры и строительства по причине резкого снижения финансирования в последние годы не получили, к сожалению, достойного завершения. Сегодня многие объекты: школы, детские сады, общественные и административные центры, жилые дома, дороги, благоустройство находятся в критическом состоянии, когда требуется либо срочное завершение строительства, либо консервация.

Новые экономические условия функционирования сельскохозяйственного производства требуют очередного переосмысления проектной практики и поиска других подходов к методологии проектно-планировочных решений и совершенствования архитектуры села.

Современное состояние экономики и строительства напоминает нам историю Вятской земли XIX века, отраженную Матвеем Песковским в 1901 году: «Теперь край этот находится под давлением «недорода» хлеба, убыли скота и других невзгод — и как бы заснул, оцепенел. Но зная историю края, все его прошлое с момента зарождения, мы имеем право сказать, что это не сон, а только легкая дремота: стоит только дать начальный толчок к проявлению жизни и деятельности, стоит только немного облегчить условия к проявлению общественного почина и самодеятельности — и край оживет».

Г. М. Безверхов.
студия
Киров сверху
Киров на Google Earth
Витрина

Требуется для просмотраFlash Player 9 или выше.

Показать все теги
   
Рейтинг блогов   Rambler's Top100      
современный  
Строительство