крышка колонки
 
  группа ВКонтакте   твиттер   домашняя страница   обратная связь  
 
 
architecture design building
 
 
 
vzglyad
in-focus
in-focus
may-be
афиша
kirov_news
kirov_news
seporator
Исторические личности
Памятники архитектуры Кирова
Статьи об архитектуре Кирова
Афанасьево
Белая Холуница
Богородское
Кирс
Котельнич
Луза
Малмыж
Нолинск
Орлов
Подосиновец
Санчурск
Слободской
Советск
Суна
Уржум
Яранск
история
строить
архитектура
архкод
Сергей Котов
Линия-стиль
дизайн
Design-do
Modern Home
Астанков
Астанков
Мира
Пятый угол
строительство
Арсо
KCCK
OKC OCM
экспертиза
КЭСО
образование
ВГГУ
МГЭИ
РУИ
spacer
spacer
новости
 
  

Успенская многошатровая церковь Трифонового монастыря.

Успенская многошатровая церковь Трифонового монастыря.Знакомство с деревянным культовым зодчеством Вятской земли было бы неполным без упоминания об одном уникальном храме, построенном в мужском хлыновском монастыре в конце шестнадцатого века.

В январе 1580 года в городе Хлынове появился уроженец Мезенского края, некогда наемный работник в строгановских вотчинах, пустынножитель и монах Трифон. Через несколько недель от имени всех пяти вятских городов он отправился в Москву хлопотать об основании в Хлынове мужского монастыря. В конце марта московский митрополит Антоний выдал ему храмозданную грамоту (разрешение на постройку церкви), рукоположение в сан иеромонаха и назначение строителем и настоятелем будущего монастыря. От Ивана Грозного Трифон получил царскую грамоту на земли, которые облюбовал для монастыря у самой городской межи, на месте старого кладбища.

20 июля настоятель монастыря вернулся в Хлынов с московскими дарами. Выпросив у слобожан только что построенную ими небольшую церковь, Трифон приплавил ее в Хлынов и здесь собрал. Она, однако, не отвечала его долговременным замыслам, и вскоре он заложил новый храм, обширный и доселе невиданный. Замысел возник у него еще в Москве, где он познакомился с изумительным храмом Покрова на рву, построенным в 1560 году в память о победе Ивана Грозного над Казанским ханством. Нет сомнения в том, что храм Покрова произвел на Трифона впечатление настолько громадное, что он решил нечто подобное этому поистине «восьмому чуду света» построить и в новом монастыре.

Только что назначенный на Вятку воевода Василий Овцын помог Трифону в сборе пожертвований. Денег, однако, хватило только на то, чтобы срубить само здание, и долгое время его не могли обустроить. И тогда в 1588 году Трифон вновь отправился в Москву для сбора милостыни. Он был принят царем Федором Ивановичем, получил разрешение патриарха Иова на освящение храма и вернулся в Хлынов с двенадцатью возами подарков. В 1589 году церковь была обустроена и освящена, а сам монастырь назван по ее имени — Успенским.

В марте 1601 года по указанию царя Бориса Годунова хлыновский городовой приказчик Федор Рязанцев произвел «дозор» Успенского монастыря. Вот что сообщает он о главной монастырской церкви. «На Вятке в Хлынове городе монастырь стал в 86 году, а в нем храм соборной во имя Успения Пречистые Богородицы древян, круглой, о шти приделах и о шти верхах, соруженье всех вятцких пяти городов, а в нем придел Рождества Пречистые Богородицы, придел Иоанна Богослова, придел Василья Кесарийского, придел Соховстцких чюдотворцев Зосимы и Саватия, придел Афанасья и Кирила Александрийских чюдотворцов, придел Христовы мученицы Екатерины».

Из «Книги письма и дозору Успенского монастыря хлыновского городового приказчика Федора Рязанцева 7109 (1601) году» известно: Успенская деревянная церковь шатрового типа, с шестью приделами, построена на пожертвования жителей пяти вятских городов — Хлынова, Котельнича, Орлова, Слободского и Шестакова. По своему значению, торговле, составу и достаткам населения они были далеко не равны, и построенные на пожертвования приделы не могли быть во всем одинаковыми. Они отличались по величине (высоте), по богатству и художественной ценности внутреннего убранства. Это подтверждается скрупулезным перечислением икон, утвари, служебных сосудов в приделах церкви в «Книге письма и дозору...»

Вторым документом является «Житие Преподобного Трифона Вятского», написанное в то время, когда Успенская церковь еще существовала. Вот что можно узнать из этого источника:«Церковь та велия и пречудна, яко и доныне всеми видима есть. От земли бо до основания здание вкупе, кверху же совершение разно, о шести верхов шатровых со главами. Имать же та церковь пять приделов, кийждо придел имать в столпу свои стены. Числом же всех служб седьм, и переводом таковы церкви нигде не обретается».

Автор сообщает, что Успенская церковь — заметим, как и большинство церквей северной стороны — поставлена на подклет, общий для всех («от земли до основания здания вкупе»), на котором поставлены, каждый отдельно, «шесть верхов шатровых со главами». В одном «столпе», центральном, основная церковь, в остальных пяти — приделы по числу вятских городов; шестой придел размещался в подклете.

На автора и на жителей города новая церковь производила большое впечатление, ее называют великой и пречудной, какой видят ее и доселе — «яко и доныне всеми видима есть». Описание заканчивается сообщением об исключительности, оригинальности композиции — такого образца «нигде не обретается».

Несмотря на то, что шатровая форма деревянных храмов исконно русская, можно думать, что шестишатровых храмов на Руси в конце пятнадцатого века не было. Известно, что в вотчине Строгановых — Сольвычегодске, в котором Трифон бывал не раз, в 1596 году (на семь лет позднее) была построена церковь Богородицы Одигитрии «с приделы». В рукописи сольвычегодского летописца имеется рисунок 1726 года строгановской постройки деревянных церквей, в том числе и церкви Одигитрии: она имела пять шатров. Все сохранившиеся на Русском Севере многошатровые церкви датируются более поздним временем — концом XVII и даже началом XVIII века. Среди них нет церкви с шестью шатрами. Будучи уже совершенно ветхой, Успенская церковь Трифонова монастыря в 1664 году была разобрана, простояв всего 75 лет. Сам по себе факт существования в Хлынове многошатрового храма, отражающего идею единения вятских городов, подтверждает высокое мастерство вятских зодчих-древоделов, даже при условии, что сама идея исходила от кого-то другого, была подсказана им кем-то — возможно, Трифоном, настоятелем монастыря и строителем церкви.

Представленная здесь фотография — снимок макета церкви, реконструированной по известным описаниям, не претендует на полную достоверность и является лишь возможным вариантом архитектурного решения храма такого типа.

Обращение основателя мужского хлыновского монастыря к формам Покровского собора в Москве не было случайным. Он увидел в новом московском храме нечто такое, что не было в полной мере оценено современниками, — возможно, связь храма с историей Вятской земли, единение столицы и провинции.

Храм Покрова — памятник Казанскому взятию, одному из важнейших событий объединения Русского государства. Пять из его девяти приделов посвящены святым, в день памяти которых московское войско одерживало победы. Казань была взята 2 октября, в день Киприяна и Устиньи, и в их память осветили северный придел. Северо-западный придел назван именем просветителя Армении епископа Григория — в день его памяти 30 сентября была взорвана Арская башня Казани. 30 августа была одержана победа над войском Епанчи на Арском поле, и юго-восточный придел посвятили святому Александру Свирскому. Северо-восточный придел назвали во имя трех патриархов, память которых приходилась на тот же день 30 августа. Девятый — южный — придел получил название в честь иконы Николая Великорецкого, Чудотворца Вятского. Сам факт этот говорит о том, что вятчане принимали участие в Казанском взятии. Какое?

В апреле 1551 года Иван Грозный, направив войска к Казани, послал Бахтеяра Зюзина «с вятчавы» занять все переправы по Каме и Вятке. Когда с приближением московского войска из Казани побежали на север, в сторону Вятки крымские татары, Бахтеяр с вятчанами и казаками перехватил и побил крымцев, а к государю привел 46 пленных татарских князей — беков, мурз и уланов.

Весной 1552 года с Вятки на Каму был послан отряд Григория Сукина «с вяцкими и с вятчаны» снова с той же целью захватить перевозы. Однако отряд ногайских татар во главе с Едигером Махметом, сыном астраханского царя, сумел перейти Каму тайно и пришел в Казань, где его посадили на царство.

Осенью 1553 года Иван Грозный стал готовить войско к походу на Астрахань, повелев князю Александру Вяземскому идти «как лед вскроется». 29 июня войско пришло «на переволоку, что к Дону с Волги» и послало «вперед себя князя Александра Вяземского с вятчаны». Встретив отряд астраханского царя, вятчане наголову разбили его. Продолжая спускаться вниз по Волге, вблизи Астрахани Вяземский напал на царев стан, побил много воинов, взял пушки и пищали. Царь Енгурчей бежал в сторону Азова.

И еще раз, в 1556 году, послал государь стрельцов да казаков в Астрахань, да «с вятчаны велел идти Федору Писемскому», дав им, как бы сказали теперь, карт-бланш — «велел им идти к Астрахани в судах и промышляти своим делом, как его милосердии бог подаст». Покинутая царем Астрахань и на этот раз была взята.

Вот так в изложении Воскресенской летописи выглядели события, предшествовавшие освящению храма Покрова, что на рву в Москве. Возможно, описанных событий достаточно для того, чтобы связать историю Вятской земли и ее жителей с созданием централизованного Московского государства. Однако известно еще одно событие, в котором обе некогда враждующие стороны проявили большую заинтересованность. Расскажем о ней так, как она изложена в той же Воскресенской летописи. Начало ее совпадает по времени с годом закладки храма Покрова.

Успенская многошатровая церковь Трифонового монастыря.В 1555 году вятские священники и «лутчие люди земские» пришли к государю и били челом, что на Вятке «образ Николы Чюдотворца Великорецкого творит, да от многих лет не поделыван» — чтобы царь велел его «обновите». Государь указал священникам доставить образ в Москву — «Вяткою и Камою вниз, да Волгою вверх, на Казань и на Свияжский город, и на Нижний Новгород, Окою вверх до Коломны, а с Коломны Москвою рекою вверх». 29 июня 1555 года в субботу образ Николы «от Вятцких сел Великоречья» был доставлен в Москву. Встреча ему была устроена небывалая. У монастыря св. Николы на Угреши, у судна на реке Москве его встречал брат царя князь Юрий Васильевич; на Симонове монастыре близ Москвы — великий самодержец Иван Васильевич. v Яузского моста встретили образ «со кресты владыки», а близ Фроловских ворот, «у Троицы на рве, со кресты же» встретил митрополит. «И поиде митрополит со кресты, и образ святаго Чюдотворца Николы чюдотворный понесоша во град и поставиша и соборной церкви Пречистые честнаго и славнаго ея Успения, царствующего града Москвы, против митрополичья места». На пути образа «от вятцких мест Камою, и Волгою, и Окою, и Москвою много исцеления быша с верою приходящим и всякими болезнями одержимым по обоим сторонам рек, верным и неверным; много исцеления быша приходящим и на посаде царствующаго града Москвы, и в церкви безчисленное исцеление приемлюще от образа святаго Чюдотворца Николы, больнии, и слепии, и хромии; и во утрия день, в неделю, в церкви Пречистые быша неоскудная чудеса от образа великого чудотворца Николы... И обновлял образ Николы Чюдотворца сам Макарий митрополит, бе бо иконному писанию навычен, а с ним Андрей протопоп Благовещенской, и со многим желанием и верою, постом и молитвою. ...Много образов с него пишуще мерою и подобием... и ото всех чудотворения быша многим верным. ...Того же месяца велел поставите благоверный царь и великий государь Иван Васильевич всеа Русии, с великою верою и многим желанием церковь древяну святого Чюдотворца Николая Вятцкого, и с его образа таков же образ написати, и новописанный образ святого Чюдотворца Николы поставити в новом поставленном храме у Покрова святой Богородицы надо рвом. И свещаю митрополит Макарий со всем собором Русския митрополии месяца июлия в 29 день понедельник; бо же на освящении том благоверный царь Иван Васильевичь и з братом своим со князем Юрьем Васильевичем и множество бояр и народов».

3 августа 1556 года «отпущен образ на Вятку Николы Великорецкого обновлен... И украсиша его златом, и жемчугом, и камением; а провожал царь и великий князь со своею царицею и с своим сыном, царевичем Иваном, и митрополитом, и князь Юрьи Васильевич и с своею княгинею, и бояре, и множество народа. Царь и великий князь, и царица его, и царевич Иван проводили до Пречистые, до яспу, и тут обедни слушал. От светилника ж Николы образа чудеса безпрестанно содеяшася, многими болезньми одержимых исцеляше. И оттуда государь, отпустя образ светилника Николы с великою честию и любовию, и возвратися во двор свой царской; а князь Юрьи Васильевичь провожал образ до Ростокина. И отпущен образ к Вятке на Устюг, и многая милость от Николина образа изливавшеся по градом и по селом».

А. Г. Тинский

АНСАМБЛЬ УСПЕНСКОГО ТРИФОНОВА МОНАСТЫРЯ, XVII - XIX вв
Монастырские ансамбли XVII века.
студия
Киров сверху
Киров на Google Earth
Витрина

Требуется для просмотраFlash Player 9 или выше.

Показать все теги
   
Рейтинг блогов   Rambler's Top100      
современный  
Строительство