крышка колонки
 
  группа ВКонтакте   твиттер   домашняя страница   обратная связь  
 
 
architecture design building
 
 
 
vzglyad
in-focus
in-focus
may-be
афиша
kirov_news
kirov_news
seporator
Исторические личности
Памятники архитектуры Кирова
Статьи об архитектуре Кирова
Афанасьево
Белая Холуница
Богородское
Кирс
Котельнич
Луза
Малмыж
Нолинск
Орлов
Подосиновец
Санчурск
Слободской
Советск
Суна
Уржум
Яранск
история
строить
архитектура
архкод
Сергей Котов
Линия-стиль
дизайн
Design-do
Modern Home
Астанков
Астанков
Мира
Пятый угол
строительство
Арсо
KCCK
OKC OCM
экспертиза
КЭСО
образование
ВГГУ
МГЭИ
РУИ
spacer
spacer
новости
 
  

Архитектурное наследие А. Л. Витберга в Вятке.

Архитектурное наследие А. Л. Витберга в Вятке.Ноябрьским днем 1835 года среди лавочников прошел слух — «к нам в Вятку сослали знаменитого архитектора Витберга Александра Лаврентьевича, который строил в Москве на Воробьевых горах храм». А через несколько дней уже наслышанному об этом Дмитрию Чарушину самому довелось увидеть ссыльного архитектора. Сидел он тогда в лавке, доставшейся от отца, в третьем фасе гостиного ряда на углу Спасской и Казанской улиц, что у Спасского собора. Вот как он описывает эту встречу в своем дневнике. «Слышу лавочников разговор: «от реки по Спасской улице губернатор с архитектором Витбергом идет». Я немедленно выскочил из лавки на галерею и вижу такого великого знаменитого человека, идущего посреди дороги. Приближаясь, поровнялись с лавками и шли, продолжая путь. Лавочники и народ раскланивались губернатору и великому архитектору. Кланялись и губернатор, и Витберг. Губернатор в черном пальто с тростью, а г. Витберг в пальто серого цвета, и фуражка серая же, и трость в левой руке. С выражением роста, осанкою и движением манеров, величием натуральным, природным, скромностью освященным мне показался Александр Лаврентьевич...». Не знал тогда автор записок, что именно этот человек откроет ему дорогу в мир искусства и будет ему «как отец». Не знал он и того, что оставит для будущих поколений воспоминания о своем учителе.

Эта мимолетная встреча состоялась, очевидно, когда Витберг уже нашел временное прибежище в компании с А. И. Герценом в доме 3. X. Леушиной на Московской улице; здесь он и оставался до второй половины марта 1836 года, до приезда семьи. Потом, соединившись с семьей и заняв — вместе с Герценом и семейством Прасковьи Петровны Медведевой — пустовавший бесхозный особняк Жмакина-Тиминцова-Евсюкова на Спасской, Александр Лаврентьевич погрузился в заботы по устройству семьи на новой квартире и несколько отвлекся от тягостных дум о печальной судьбе дела всей своей жизни, храма-памятника воинской доблести российского народа. Новая обстановка благотворно подействовала на него, вновь проснулось желание творчества. Именно в этот период он написал один из лучших портретов А. И. Герцена. Тогда же принял предложение губернатора Тюфяева сделать проект портала и ограды парадной стороны Александровского сада, ныне парка имени Степана Халтурина.

Архитектурное наследие А. Л. Витберга в Вятке.Одновременно с Витбергом тот же проект выполнил молодой губернский архитектор А. Е. Тимофеев. Оба проекта были отосланы в министерство внутренних дел. Через четыре месяца губернатора уведомили, что проекты рассмотрены главным управлением путей сообщения и публичных зданий. Комиссия проектов и смет отдала предпочтение проекту Витберга. Однако, министр выразил сомнение в том, что в Вятке можно будет найти столь искусных мастеров, какие нужны «дабы привести в действие означенные проекты». Он рекомендовал построить типовую ограду по одному из «образцовых» проектов 1809—1812 годов. Если бы не Тюфяев, не видать бы нам витберговской ограды: он не принял рекомендации петербургского начальства. «Построение ограды будет производиться под руководством и наблюдением Витберга, и в искусных мастерах недостатка я не встречу», — ответил он. По-видимому, убежденность губернатора подействовала, и проект ссыльного архитектора был одобрен с одним лишь замечанием: строить ограду без каменных столбов. Великолепную решетку отлили из чугуна умельцы Белохолуницкого завода. В 1838—1840-х годах поставил ее мастер из крепостных крестьян нижегородец Иван Павлов Смирнов. Он же выстроил и портал. Мастер настолько проникся замыслом архитектора, что Витберг именно ему без колебаний предложит позже принять на себя и постройку Александре-Невского собора.

Не вдруг пришел к лаконичному окончательному решению портала автор. Академик по классу живописи, он не имел официального архитектурного образования. Одаренный «от бога», с упоением занимался архитектурой самостоятельно, и после 1813 года выполнил ряд архитектурных проектов усадебных домов, храмов, мостов. И всегда шел к лучшему варианту «от рисунка»: набрасывал эскиз за эскизом, сравнивал, подправлял. В. Л. Снегирев, первый исследователь творчества Витберга и автор монографии, привел в ней два варианта портала, два витберговских эскиза, в том числе и окончательный, выбранный Витбергом, — в строгом и даже суровом дорическом стиле. Именно такое решение полностью отвечало регулярному характеру первой части сада. Портал и садовая решетка стали органической частью сада, задуманного еще до появления Витберга в Вятке губернским землемером Михаилом Ивакиным и архитектором Александром Тимофеевым. Последний штрих в этом проекте был нанесен Александром Лаврентьевичем. Бытует и пока еще имеет наибольшее распространение мнение о том, что автором проектов садовых беседок-ротонд является Витбсрг. Оно было высказано впервые в 1912—1914 гг. в вятских думских кругах и впоследствии поддержано, по-видимому, без достаточных оснований, А. В. Снегиревым.

В марте 1837 года Вятка готовилась к приезду наследника престола, совершающего длительное путешествие для ознакомления с губерниями и с российским народом. Для постоя наследника и его свиты освобождались лучшие помещения, и губернатор предложил Витбергу съехать с квартиры в доме Евсюкова. Новую, третью по счету квартиру, Витберг нашел в доме наследников П. Г. Аршаулова на Владимирской улице (ныне улица Карла Маркса). Здесь его семья заняла весь первый этаж, «удобный для занятий художественных», как оценил его впоследствии ученик и бытописатель архитектора Д. Я. Чарушин. Все восемь белых покоев. Никогда после упразднения Комиссии по постройке храма Христа Спасителя — даже после объявления о новом конкурсе на проект храма и приглашения в Москву его победителя, петербургского архитектора Карла Тона — Александра Лаврентьевича не покидала надежда, что о нем вспомнят, к его проекту вернутся. В известии о том, что при снятии креста с собора Алексеевского монастыря в Москве, на месте которого должен был строиться тоновский храм, упал и разбился верхолаз, Витберг увидел жест Провидения и продолжал работать над улучшением своего проекта московского храма. Варианты, варианты и варианты... Только они занимали его. Где-то в глубинах души сохранялась вера, что придет время... Городское общество пригласило его дать рисунок собора и для Вятки. Опальный художник принял приглашение и даже обрадовался ему: его талант еще был нужен народу. Сыграло свою роль и то, что храм посвящался Александру Первому. Витберг считал его своим крестным отцом: крестившись в тридцатилетнем возрасте в 1817 году, Карл Магнус Витберг принял православное имя Александра. «На днях воскрес как-то его гений, — он набросал дивный проект; слезой поздравил я его и восторгом», — пишет Герцен 19 октября 1837 года Наташе Захарьиной. То был один из первых эскизов, карандашный набросок на небольшом клочке бумаги.

Архитектурное наследие А. Л. Витберга в Вятке.26 июля 1838 года Н. М. Мейер, вятский прокурор и сосед по дому, принес известие, что в Москве состоялась церемония переноса предметов, имеющих отношение к закладке храма на Воробьевых горах в 1817 году, на хранение в Успенский собор кремля. Она означала, что храм никогда уже не будет строиться на прежнем месте. Витберг воспринял это как акт чудовищного вандализма. «Злодеи! Ничего уже нет для них святого», — пишет он А. И. Герцену в тот же день.

Лето 1838 года прогрессивная Вятка жила мечтой о новом и собственном здании для открытой в прошлом декабре публичной библиотеки. Александр Лаврентьевич выполнил его проект. Место определило общество на Хлебной площади, известной в тридцатые годы под названием Верхней. Ныне это Театральная площадь. Двухэтажное каменное здание вмещало и библиотеку, и музей, и даже благородное собрание с залом для празднеств, танцев и представлений. Два его парадных фасада могли бы украсить площадь. В сентябре 1838 года проект библиотеки был одобрен Советом путей сообщения и публичных зданий, но... губернатора А. А. Корнилова перевели в другую губернию, а без него нужной на постройку здания суммы не собрали.

Между тем, карандашный набросок Александровского храма обществу понравился, и 7 октября 1838 года городской голова обратился к Витбергу с просьбой принять на себя составление проекта храма — «эскиз этот переложить в настоящий план и фасад», «...все это время я очень занят проектом Александровского собора. Вы поймете очень хорошо, что я не могу быть равнодушным к памятнику Александра... хочется сделать что-нибудь порядочное», — сообщает Александр Лаврентьевич Герцену и Наташе в письме от 3 января 1839 года. Всю зиму, до ранней весны работал Витберг над проектом храма. 11 марта он пишет им же: «Причиною долгого моего молчания было... занятие мое для Александровского собора, ибо вы поймете, что я от души должен был трудиться для этого памятника Александра. Он кончен теперь и вчерашнего числа отправлен в Петербург».

Архитектурное наследие А. Л. Витберга в Вятке.Комиссия главного управления путей сообщения и публичных зданий «нашла оный (проект) вполне одобрительным как по соразмерности частей и красоте... так равно по удобству и правильности внутреннего расположения оного». «Такой церкви еще нет — вкус византийский, а формы новые», — отозвался о проекте министр императорского двора, выпросивший, кстати, лично для себя черновой карандашный эскиз собора. И сам Витберг оценил его: «отзыв этот мне приятен, потому что высказал сущность мысли», — пишет он Герцену.

В последних числах августа утвержденный проект вернулся в Вятку, и через три дня, 30 августа 1839 года состоялась торжественная церемония закладки храма. 5 сентября Витберг сообщает о ней Герцену и Наташе во Владимир: «Я ничего не описываю вам, любезнейшие друзья мои, о чувствах моих, о слезах радости при воспоминании о том, что Богу угодно было устроить все так дивно для того, чтобы мне же быть исполнителем вятского памятника благожелателю моему и отцу крестному — Александру». Окончание работы над проектом Александровского собора и его одобрение вятским обществом; восторженная встреча проекта и его утверждение в Петербурге; торжество закладки собора, на котором присутствовал «можно сказать весь город»; удачное начало забутовки фундаментов 15 сентября, случайно совпавшее с днем коронации Александра Первого; известие об окончании ссылки в тот же день и сердечное поздравление губернатора — целая цепочка событий, как-будто подводивших итог вятского периода жизни Витберга. «Я пламенно желал, чтобы храм сей был достоин народа», — пишет А. Л. Витберг. «Подвиг Ваш не останется втуне, нет. Человечество имеет свою мерку великому, и Ваше место в истории искусства занято», — заключает Герцен.

Но обретенной свободой Витберг еще долго воспользоваться не мог — надо было «иметь способ на выезд».
Стояла осень 1839 года. Таяло, уменьшалось дружеское окружение великого архитектора. Полгода назад выехал из Вятки Г. К. Эрн, потом Прасковья Петровна Медведева, «радостно-дружески ко всему семейству Витберговых расположенная» (Д. Я. Чарушин). Покинул Вятку и молодой А. Е. Тимофеев, переведенный на должность губернского архитектора в Херсон. Это он по рисункам Витберга выполнял «практические чертежи» чугунной решетки и ворот Александровского сада, а потом и сметы на постройку публичной библиотеки. Поэтому и сблизился он с семьей Витберга, играл по вечерам в шахматы, слушал музыку Веры Александровны; уезжая, подарил ей на память комплект художественных красок. Все меньше оставалось близких знакомых, и все труднее заводились они. И только самые-самые близкие поддерживали Александра Лаврентьевича в теперь уже свободные, но все равно трудные дни. Среди них был Платон Иванович Репин, красавец-брюнет, всегда оживленный, умевший быстро знакомиться и сходиться с людьми, когда-то влюбленный в Веру Александровну.

«Вятская академия» — так называл Александр Лаврентьевич и эту свою квартиру — была для семьи источником существования: государственная служба была для Витберга запрещена. Здесь Евдокия Викторовна и старшая дочь Вера давали уроки музыки, учили детей хорошим манерам и танцам, иностранным языкам и арифметике, а сам хозяин — рисунку и живописи. По вечерам приходили знакомые, играли в шахматы, обменивались новостями, музицировали. Только осенью следующего года семейство Витберга смогло покинуть Вятку.
Строительство и обустройство Александровского собора закончили через 25 лет после закладки. Освящение состоялось 20 октября 1864 года.

Архитектурное наследие А. Л. Витберга в Вятке.Без сомнения, проект Александровского собора был вкладом в архитектуру не только вятского масштаба. Архитектор был убежден, что русскую национальную идею можно выразить с помощью греческих архитектурных форм, и оценка собора разными слоями населения, от вятского городского общества до высшего петербургского света и до самого министра императорского двора, убеждает нас в том, что ему удалось. В основу пространственной композиции вятского собора положен мотив одного из вариантов проекта храма на Воробьевых горах, древнерусский пятикупольный храм в виде ротонды с четырьмя башенками-колоколенками,— пятиглавие, при котором главы ориентированы по сторонам света. Исследователи относят собор к архитектуре романтизма, точнее — к той ее ветви, которую современники называли византийским стилем. Сам Витберг в письме к Герцену стилевые особенности храма в Вятке определил собственным словосочетанием — «египто-византо-готик». (Будем иметь ввиду, что архитектурные термины со временем закономерно изменялись. В конце XVIII — начале XIX века готической называли любую средневековую архитектуру, будь то западная или древнерусская. В оценке Витберга, относящейся уже к другому времени, видится сочетание национальных традиций с архитектурой других направлений.) Простым глазом можно увидеть в нем черты разных архитектурных стилей, и мы вправе считать автора проекта в числе первых архитекторов, в поисках более человечных решений обратившихся к эклектике. Но главное в нем — все-таки одухотворенность. Подчеркнул это сам Витберг, назвав проект плодом девятнадцатого столетия, «в котором все одухотворяться должно». Необычайную притягательную силу увидели в проекте исследователи. «Александро-Невский собор оказался не просто казенным церковным зданием... — он воплотил в себе большее — идею человечности, идею радости жизни», — отметили Е. С. Москалец и Л. В. Пешнина.

С высочайшего разрешения Александровский собор построили не среди одноэтажной деревянной застройки на задворках большой торговой площади, а в ее центре, в перспективе Казанской и Семеновской улиц, и он стал важнейшей архитектурной доминантой южной части города. Его собранная масса на коромысле Казанской улицы уравновесила храмы и колокольни древнего Хлынова. Именно в этом качестве воспринимали собор жители города и его гости. Не случайно им любовались со всех окрестных холмов и из-за реки, а фотографы несколько десятков лет снимали во всех ракурсах.

Александр Лаврентьевич Витберг в архитектурно-художественной жизни Вятки — звезда первой величины. И не потому только, что оставил о себе память в виде прекрасного памятника архитектуры. Он оставил глубокий след в сознании нескольких поколений творческой интеллигенции. Его знают, о нем спорят, к его творчеству возвращаются. А это не менее важно.

Александровский собор разрушен в 1938 году.

А. Г. Тинский.
№1. Автор: MrSmithx (1 мая 2012 08:37).   
  
Довольно познавательно.

spacer spacer spacer
студия
Киров сверху
Киров на Google Earth
Витрина

Требуется для просмотраFlash Player 9 или выше.

Показать все теги
   
Рейтинг блогов   Rambler's Top100      
современный  
Строительство