крышка колонки
 
  группа ВКонтакте   твиттер   домашняя страница   обратная связь  
 
 
architecture design building
 
 
 
vzglyad
in-focus
in-focus
may-be
афиша
kirov_news
kirov_news
seporator
Исторические личности
Памятники архитектуры Кирова
Статьи об архитектуре Кирова
Афанасьево
Белая Холуница
Богородское
Кирс
Котельнич
Луза
Малмыж
Нолинск
Орлов
Подосиновец
Санчурск
Слободской
Советск
Суна
Уржум
Яранск
история
строить
архитектура
архкод
Сергей Котов
Линия-стиль
дизайн
Design-do
Modern Home
Астанков
Астанков
Мира
Пятый угол
строительство
Арсо
KCCK
OKC OCM
экспертиза
КЭСО
образование
ВГГУ
МГЭИ
РУИ
spacer
spacer
новости
 
  Градостроительство на Вятской земле. Часть VIII.
Второй этап градостроительства. Внедрение регулярных начал и перестройка городов (XVIII и первая половина XIX века).

Градостроительство на Вятской земле. Часть VIII.

Это время формирования русской нации и образования империи. Россия вступила на путь петровских преобразований — средневековая Русь превращалась в европеизированное «регулярное государство». Отражение, а затем и наиболее яркое воплощение идеи регулярности получили в русской градостроительной культуре. Градостроительство в короткое время прошло путь интенсивного развития, резко изменив социально-экономический и архитектурно-планировочный облик российских городов.

  Архитектурный комплекс на Великой реке.
Архитектурный комплекс на Великой реке.
Уникальная достопримечательность Вятской земли, храмовый комплекс села Великорецкого, представлен рисунком художника прошлого века М. Чемоданова.

Взору нашему открывается величественная панорама. Торжественная череда монументальных храмов, возвышающихся на открытом холме за лощиной в окружении строгих зданий и изящной ограды. Отступившая лесная чаща, простирающаяся у подножия холма. Небольшая одинокая церквушка на пригорке. Дом на дальнем холме, за лесом. Часовня-ротонда, приютившаяся в низине. Гармония единения величия природы и архитектуры.
  Ансамбль соборной площади Лальска.
Лузский район, поселок городского типа Лальск.

Ансамбль соборной площади Лальска.
Во второй половине XVI в. бежавшие от расправы Ивана Грозного новгородцы основали на правом берегу реки Лалы Никольский погост. Вместе с уже существовавшим рядом городком Ботище он положил начало Лальску.

Согласно писцовым книгам 1620 г. Лальский Никольский погост был обнесен деревянным острогом с восемью башнями и тремя воротами. Внутри острога, в восточной его части, выходившей на излучину Лалы при впадении речки Бычихи, стояли две деревянные холодные церкви: Николая Чудотворца (шатровая) и Флора и Лавра (клетского типа). Упоминается и третья — «Офанасия Александрийского», которая за год до переписи сгорела.

В течение первой половины XVIII в. взамен деревянных были сооружены два монументальных каменных храма — Воскресенский собор и Благовещенская церковь, а также соборная колокольня. Тем временем укрепления острога обветшали и в 1759 г. были разобраны.

В 1784 г. для Лальска, возведенного было в ранг уездного города, Комиссия о каменном строении Санкт-Петербурга и Москвы составила генеральный план. Разработанный на принципах регулярности, он, помимо строго прямоугольной сетки кварталов, предусматривал устройство нескольких площадей, в том числе соборной. Ось площади, вытянутой с севера на юг, оказалась параллельной проходящей по соседству главной улице города. К площади была «привязана» одна из вновь прокладываемых поперечных улиц (Соборная, ныне Красноармейская), ориентированная на Воскресенский собор и его колокольню. С восточной стороны площадь раскрывалась на реку Лалу и на заречные дали.
  Ансамбль одного памятника. Храм Покрова на Лузе.
Ансамбль одного памятника. Храм Покрова на Лузе.
Километрах в пятнадцати от Лальска и в трех от ближайшей деревни Заборье на побережье Лузы, возле полузаросшего лесом кладбища стремительно убегают к небу изысканные объемы храма. Это Покровский погост с одноименной церковью.

Скупые строки лальского летописца И. Пономарева повествуют, что в 1729 году епископом Лаврентием Горкой была дана грамота на построение каменной церкви «в Покровском приходе на реке Лузе». Тут же названы заказчики — лальские купцы Семен и Максим Пестовские. Под 1740 годом сообщается об освящении нижнего теплого храма Трех Святителей, а под 1750-м — и верхнего, холодного во имя Покрова Божией Матери.

Сведений о строителях и обстоятельствах сооружения пока не найдено. А ведь они могли бы объяснить феномен памятника, который один стоит целого ансамбля. В Великоустюжском филиале госархива Вологодской области удалось обнаружить только договор на роспись верхнего храма у паперти с устюжскими мещанами Андрнаном Протопоповым и псаломщиком Успенского собора Семеном Поповым (1779 г.). Проработав на Лузе «два лета», они, как жаловались заказчики, «работы... не окончили и теперь уже по третий год... не приехали да, может, и впредь... быть не намерены».

Нельзя сказать, что Покровская церковь вовсе не имеет аналогов. Сам тип двухэтажного культового здания со ступенчатым построением алтарной части, при котором храмовое помещение нижнего этажа находится под апсидой верхнего, появился в Великом Устюге ранее. Для этого региона характерно и завершение храмов малыми ярусными восьмериками — именно отсюда оно пришло на Вятку.
  Архитектурный ансамбль Соборной площади Успенского Трифонова монастыря. XVII—XIX вв.
Архитектурный ансамбль Соборной площади Успенского Трифонова монастыря. XVII—XIX вв.Мужской Успенский монастырь, основанный в Хлынове в 1580 году, в течение первого века своего существования оставался деревянным и полностью сохранил свою первоначальную планировку. В последующем столетии деревянные монастырские храмы, ограда, хозяйственные постройки и жилые здания постепенно были перестроены в камне. Последующее их восстановление после пожара середины XVIII века, расширение и реконструкция были, как правило, связаны с изменением внешнего вида и внутреннего устройства. И лишь планировка монастыря оставалась неизменной. Она оказалась самым долгоживущим, консервативным элементом архитектурного ансамбля. В этом легко убедиться читателю — стоит только сопоставить самое раннее изображение монастыря (на иконе «Трифон Вятский перед Богоматерью», рис. 17) с планом монастыря, снятом с натуры архитектором Ф. Росляковым в конце XVIII века, и сравнить их с современным положением монастырских зданий. Не повторяя здесь общего описания плана, мы отсылаем читателя к статье «Монастырские комплексы XVII века».

Как правило, православные монастыри строились с расчетом обороны против возможных врагов, и потому имели мощные стены. И хлыновский монастырь по традиции — хотя ему ни разу не пришлось участвовать в военных действиях — был обнесен высокими стенами, до середины XVIII века деревянными, к активной обороне не приспособленными. Как в крепостях, где въездные ворота устраивались в нижнем этаже боевой башни и были защищены ею, монастырские Святые ворота защищала особая — Никольская надвратная церковь. Надвратная церковь считалась божественным покровителем и защитой Святых врат, которые символически уподоблялись «тесным вратам спасения, через которые многие поищут войти, но не возмогут».
  Восстановление городского хозяйства и начало нового строительства. Первая пятилетка. 1918—1932 гг.
Революция одной из своих целей имела улучшение жилищных условий трудового народа путем экспроприации излишков жилой площади у эксплуататоров и передачи их трудящимся. Прифронтовая обстановка в Вятке 1919 года не позволяла сделать это сразу же: помещения приходилось отводить прежде всего для нужд армии. И все же переселение семей рабочих производилось, причем жилплощадь предоставлялась им бесплатно.

Поиски новых форм быта с обобществлением жизни породили стремление к созданию домов-коммун и кварталов-коммун. Потребность в них появилась прежде других у работников городской электростанции, связанных с их коллективной работой на восстановлении и эксплуатации энергетического хозяйства города. В сентябре 1920 года они обратились с таким предложением, и коммуну создали. Одна из коммун — коммуна имени Степана Халтурина — существовала вплоть до 1926 года. Она занимала три дома по улице Дрелевского, в том числе здание бывших Сибирских номеров. Объединяла она 100 человек, в том числе 50 мужчин, 35 женщин и 15 детей. Семейные коммунары размещались в отдельных комнатах, холостые жили в общих. По договору с городским Советом коммуна находилась на самообслуживании.

В городе на одну душу населения приходилось жилья меньше всего в 1920 году (3,6 квадратных метра). В 1921 году обеспеченность жильем повысилась до 5,7 кв. метра, но к 1925 году уменьшилась до 5,5 кв. м. Старый жилой фонд в условиях ненормальной эксплуатации быстро разрушатся, а новое строительство в предшествующие годы практически не велось. В период военного коммунизма сложилась чисто потребительская форма отношений между пользователями и владельцами жилья — ведь оно предоставлялось бесплатно. Характер отношений изменился после введения с 1 мая 1922 года квартирной платы и возложением ответственности за состояние жилья на квартиросъемщиков. Идея домов-коммун, рассматривавшаяся раньше как способ полной перестройки быта на социалистических началах, во многих случаях заканчивалась лишь стандартизацией быта коммунаров. Коммунальные органы перешли к практике распределения жилья.
  Генеральный план Вятки на период 1928-1958 гг. План ГОПРОГОРА (1941-1965).
Генеральный план Вятки на период 1928-1958 гг. План ГОПРОГОРА (1941-1965).Необходимость в составлении генерального плана города Вятки появилась уже в восстановительный период, но первые практические шаги в этом направлении были сделаны на несколько лет позднее. В 1927 году Картоиздательство наркомата внутренних дел по заказу Вятского городского совета выполнило топографическую съемку территории города, и 26 января 1928 года с Картоиздательством был заключен договор на проектирование перспективного плана Вятки. При нем тогда существовало Бюро по проектированию городов, две планировочных группы, работавшие под руководством В. Н. Семенова и Б. А. Коршунова. Планом Вятки занималась группа Коршунова.

25 июня 1928 года Президиум ВЦИК принял решение о включении в городскую черту Вятки земель семнадцати пригородных деревень, села Хлыновского и слободы Стенинской. Застраиваемая территория города увеличивалась почти вдвое. Изыскания были закончены. 30 августа 1928 года президиум губисполкома утвердил исходные данные для проектирования генерального плана Бюро по планировке городов должно было исходить из того, что
— город Вятка является губернским центром и по проекту районирования Госплана СССР должен стать краевым центром; расчет перспективы развития города ведется на два пятнадцатилетия, то есть на период с 1928 по 1958 год;
— численность населения принимается равной 59705 человек (по переписи 1926 года).
  Генеральный проект планировки города Кирова 30-х годов.
Генеральный проект планировки города Кирова 30-х годов.Горьковский областной проектный трест закончил генеральный проект планировки гор. Кирова и представил его на рассмотрение очередной сессии Кировского городского Совета.

Проект сделан на основе определившегося экономического профиля города. Расчетное количество населения принято в 400.000 человек. Срок осуществления проекта - 20-25 лет.

Существующая застройка города по проекту подвергается коренной реконструкции, при сохранении направления основных улиц. Дальнейшее расширение города будет происходить так: в северном направлении застраиваются территории между линией берега реки Вятки в железной дорогой на Котлас, включая район Филейки; в западном направлении - в пределах железнодорожных линий на Котлас и Котельнич; примерное расстояние по Московскому тракту от домов исполкома областного Совета составит около 7 км; в южном направлении - по Советскому тракту осваивается значительная часть территории совхоза зооветинститута и в восточном направлении - до речки Хлыновки.
  Застройка города Кирова. 1930-е годы.
Так, без утвержденного в установленном порядке генерального плана и застраивался город Киров.

Центральная административная (ныне Театральная) площадь была предусмотрена планом 1928—1930 годов на месте Хлебной площади конца XVIII века. Последнее планировочное решение она получила в 1937 году в связи с проектированием здания областного Дома Советов. По проекту она занимала территорию 4,5 гектара. С западной стороны ее замыкало административное здание, с северной — жилой дом городского совета (впоследствии заменен учебным комбинатом областного земельного управления, а ныне принадлежит Вятскому техническому университету и драматический театр. Длина площади по оси восток-запад составляла 275 метров, ширина — 165 метров. Для областного центра она была великовата, и длину ее впоследствии уменьшили, устроив два сквера. Застройка площади по периметру была начата в 1936 году закладкой фундамента областного драматического театра по проекту московских архитекторов А. Н. Федорова и И. Т. Бурова. В первых числах ноября 1939 года бесплатным спектаклем для строителей «Киров-стройтреста» было отмечено окончание строительства и начало первого театрального сезона.

В августе 1937 года на западной стороне площади был заложен фундамент второго здания — областного Дома Советов (проект выполнен архитектором Е. И. Громаковским). Это здание к 1941 г. закончить не успели, подведя «под крышу» только четырехэтажные крылья. Стройку возобновили после окончания Великой Отечественной войны и закончили в 1949 году. На западной стороне площади к концу 1940 года построили крупный четырехэтажный жилой дом с гастрономическим магазином на углу с улицей Энгельса, тоже по проекту Е. И. Громаковского. Застройка остальной части периметра была отложена на послевоенное время. К числу центральных площадей относилась и площадь Революции, где нынче парк имени Гагарина. Генеральный план 1941 года, как и предыдущий, не утвержденный в установленном порядке, предлагал сузить ее до двухсот метров, обстроить многоэтажными домами, а существовавший на ней издавна городской рынок вынести на свободную площадь Железнодорожников. Эти предложения осуществлены после войны.
  Проект планировки города Кирова (ЛЕНГИПРОГОР, 1954). Застройка 1950-1960 гг.
Проект планировки города Кирова (ЛЕНГИПРОГОР, 1954). Застройка 1950-1960 гг.В 1941 году город Киров оказался в числе тех российских городов, которые приняли перемещенные из прифронтовых или оккупированных фашистской армией районов промышленные предприятия, учебные и научно-исследовательские институты, театры, учреждения, тысячи и тысячи эвакуированных взрослых и детей. Свои кировские учреждения потеснились или уезжали в районы, освобождая место вновь прибывшим. Новые заводы в считанные месяцы и даже недели после прибытия должны были налаживать выпуск продукции для фронта. Производственные корпуса строили спешно — из дерева: металл нужен фронту, в тылу использовать его даже для столь срочного строительства было строжайше запрещено. «Все для фронта!» — три этих слова определяли тогда жизнь тылового города.

Об одной из кировских строек народный комиссар по строительству С. 3. Гинзбург через много лет напишет в книге (Гинзбург С. 3. «О прошлом для будущего.» Политиздат. Москва, 1983.), которую он посвятил героическим строителям: «В Кирове, куда был эвакуирован Коломенский паровозостроительный завод, надо было всего за пятьдесят дней построить большой цех площадью 6 тысяч квадратных метров для обеспечения фронта легкими танками. Строительство этого цеха вело ОСМЧ—22 (ОСМЧ — Отдельная строительно-монтажная часть в составе Народного комиссариата по строительству) Наркомстроя непрерывно, днем и ночью.
студия
Киров сверху
Киров на Google Earth
Витрина

Требуется для просмотраFlash Player 9 или выше.

Показать все теги
   
Рейтинг блогов   Rambler's Top100      
современный  
Строительство