крышка колонки
 
  группа ВКонтакте   твиттер   домашняя страница   обратная связь  
 
 
architecture design building
 
 
 
vzglyad
in-focus
in-focus
may-be
афиша
kirov_news
kirov_news
seporator
Исторические личности
Памятники архитектуры Кирова
Статьи об архитектуре Кирова
Афанасьево
Белая Холуница
Богородское
Кирс
Котельнич
Луза
Малмыж
Нолинск
Орлов
Подосиновец
Санчурск
Слободской
Советск
Суна
Уржум
Яранск
история
строить
архитектура
архкод
Сергей Котов
Линия-стиль
дизайн
Design-do
Modern Home
Астанков
Астанков
Мира
Пятый угол
строительство
Арсо
KCCK
OKC OCM
экспертиза
КЭСО
образование
ВГГУ
МГЭИ
РУИ
spacer
spacer
новости
 
  

Богородский район.

Богородский район.
Богородский район.

Богородский район расположен на одном из юго-восточных участков территории Кировской области. На севере его граница проходит совместно с Зуевским и Куменским районами. На западе - с Сунским. С юго-западной и южной сторон территория Богородского района соседствует с Немским районом. Восточный отрезок границы - смежный с Унинским и Фаленским районами. Административный центр - поселок городского типа Богородское, находится в средней части территории района. Сообщение с областным центром осуществляется автомобильным транспортом через пос. Вожгалы (127 км). Ближайшая железнодорожная станция - Зуевка (75 км) - на оживленной Транссибирской магистрали. Направление через Богородское на п. Уни и далее в Удмуртскую Республику - наиболее перспективно для сообщения между городами Кировом и Ижевском. Незначительная по площади территория 1442,62 кв. км включает несколько сельских поселений. Население района на 2002 г. составляло 6805 человек. Основной национальный состав населения - русские. На долю других национальностей, в первую очередь удмуртов и татар приходится около 3%.

Территория Богородского района как административное образование Вятской губернии впервые сформировалась Постановлением ВЦИК РСФСР от 10 июня 1929 года. Первоначально район состоял из трех волостей - Богородской, Ухтымской и Ильинской. К январю 1935 года площадь территории района составляла 1576 кв. км, а границы простирались от села Лема на севере (теперь -на территории Зуевского района) до села Лобань на юге и от Парагаевского сельского Совета на востоке до сел Ошлань и Рождественское на западе. Разукрупнение произошло в соответствии с Постановлением Президиума ВЦИК РСФСР от 23 января 1935 года, когда к вновь образованному Кырчанскому району отошла Ильинская волость. На конец 1936 года территория Богородского района 1576 кв. км, население - 42,7 тыс. человек. Район состоял из 368 населенных пунктов и делился на 23 сельских совета. В предвоенные годы в Богородском районе было 286 колхозов (коллективизацией было охвачено 98,5% сельского населения), а по суммарной площади посевных площадей (95,4 тыс. га) он занимал второе место в области после Зуевского района.

Разукрупнение с передачей части территории вновь созданному Мухинскому району состоялось на основании Указа Президиума ВС РСФСР от 11 февраля 1944 года. Через год, когда после Указа Президиума ВС РСФСР от 5 февраля 1945 года был образован Порезский район, к нему тоже отошла часть территории Богородского района. Указ Президиума ВС РСФСР от 14 ноября 1959 года полностью ликвидировал район как самостоятельное административное образование, а его территория полностью перешла Зуевскому району. Восстановление района в старых границах произошло в соответствии с Указом Президиума ВС РСФСР от 19 апреля 1965 года.

Природный потенциал Богородского района - один из наиболее колоритных и разнообразных по географии на территории восточной части области. Здесь берут начало реки Воя (174 км) и Лобань (169 км), располагается участок верховья Косы (141 км). Являясь восточными отрогами Вятского увала, большая часть территории района имеет живописный всхолмленный рельеф. Расположенное здесь Чепецко-Кильмезское плато с высотами 180-200 м к северо-западу от п. Богородское достигает наибольшей высоты (236 м) на водоразделе рек Лобани и Ухтымки. В районе залегают полезные ископаемые местного значения: кирпичная глина, минеральная краска, песчано-гравийная смесь.

До середины XVII века обширный лесной край левобережной части средней Чепцы, составляющий в настоящее время территории Зуевского, Фаленского, Богородского и Унинского районов, был почти не заселен. Историко-географической особенностью этой местности являлось ее пограничное расположение между исконно Вятским краем на северо-западе и новыми уездами - Уржумским, Яранским, Царевосанчурским и Малмыжским (Вятское Понизовье), которые относились к Поволжью. Граница проходила приблизительно по течению рек Вой и Пижмы. В те годы эти земли - «дикое раменье» - считались малообитаемыми, часть угодий которых только в кон. 20-х гг. XVII в. несколько семей вятчан решили взять на оброк. Однако из-за удаленности проблемы содержания этих угодий заставили через два десятка лет передать их Хлыновскому Успенскому монастырю.

Освоение этих мест шло в русле общей миграции населения на восток, активизировавшейся после демографического кризиса Смутного времени. По рекам Пыже, Филипповке, Малой Кордяге и Косе с ее притоками Ухтымкой и Святицей, по писцовым книгам первойпол. XVII в., упоминаются лишь шесть починков и одно займище: починки Рудинский, Беличевский, Широкова, починок удмуртов Золотарева и Пунгина, починок Дубовцева и Зорина и займище татарина Баженова. Важную роль в заселении, освоении и духовном окормлении этих земель играли монастыри - Верхочепец-кий Крестовоздвиженский (1608) и Усть-Свя-тицкий Спасский (1645). В 1668 году за Крестовоздвиженским монастырем числилось 82 крестьянских двора, через 15 лет - уже 176, а в 1722 году - 369 с 1612 душами. На землях Спасского монастыря в 1662 году насчитывалось 30 крестьянских дворов.

В 1637 году монастырский крестьянин Филипповской слободы Пахом Титович Кощеев с 75 товарищами подал челобитное прошение царю об отдаче им обширных земель южной части среднего течения реки Чепцы под оброк. Просители ссылались на то, что территория эта никому официально не принадлежит и нуждается в хозяйском глазе и обустройстве. С опровержением этой челобитной к государю обратились каринские татары и местные удмурты, которые выставили свои территориальные претензии на землю, утверждая, что в здешних лесах они постоянно занимаются охотой и бортническим промыслом, за что и платят налог в казну по 500 рублей в год. В ходе арбитражного разбирательства, затянувшегося на несколько лет, был проведен подробный опрос среди местного населения, в результате чего было установлено, что территория эта по юридическим порядкам того времени оказалась действительно свободна. В 1648 году между претендентами были назначены торги на владение землей.

Между тем еще в период земельного спора, не дожидаясь его результата, по рекам Косе и Святице появились многочисленные русские починки. В 1643-м и соответственно 1651-м годах там были основаны села с одноименными названиями. Чтобы прекратить территориальные споры, Кощеев в 1652 году заключил с удмуртским населением верхней Косы соглашение о возвращении им земель, являющихся для них местом проживания. Этот миролюбивый жест послужил поводом к миграции в эти места татар и удмуртов, проживавших севернее Чепцы - в Каринском стане. В середине XVII века они тоже основали свои поселения по правому берегу реки Косы. В переписи 1648 года указано, что большинство удмуртских селений находится на вновь расчищенных местах. Например, «новорасчищенный починок на устье реки Ухтыма», в котором числилось девять дворов, новая деревня Поля, новый починок в Городищах. Названы были и две татарские деревни - Шахровка и Ярославская, в которых также проживали и русские.

Во второй половине XVII века, когда количество поселений уже заметно увеличилось, они начали объединяться в приходы с образованием сел. Первым селом на территории современного Богородского района упомянуто Ошлань (1664). Приход появился с царского дозволения после обращения в Москву местного поселенца Михейки Обухова «со товарищи», основавшими по речке Ошланке, что в Чепецком стану Хлыновского уезда, первые починки и деревни. Следующим основали село Лапугино (Рождественское, 1678), которое и расположилось неподалеку. Третьим по счету селом принято считать Богородское (Талоключинское), хотя точная дата его образования неизвестна. К концу XVII века территория в междуречье Пыжи, Святицы и Ошланки, а также по Лобани, Ухтым-ке, верховьям Косы и Святицы была уже густо заселена русскими и удмуртами. Татары впоследствии разъехались из этих мест. Приток поселенцев возрастает год от года и к началу XVIII столетия по верховьям рек Воя и Лобань уже существовали десятки мелких починков и деревень по 2-5 дворов.

Село Ухтым вначале предполагалось организовать у деревни Вотской (Отятской), что на полпути между современным его расположением и селом Караул (Верхокосинское). Однако население воспротивилось выбору этого места, и тогда в 1703 году село основали на свободной земле, где оно и стоит в настоящее время. Основание села Ухтым впоследствии привело к образованию обширной Тишинской волости, названной так по соседней с селом деревне Тишино. Эта волость с севера на юг простиралась *более чем на 40 верст от деревень, расположенных за селом Лемой, до окрестных деревень села Елгань и около 30 верст с востока на запад от деревни Митроки до деревни Дымово. О времени создания села Лобань (Никольское) точных сведений не сохранилось, известно лишь, что это были годы первого десятилетия XVIII века. Тогда же стали формироваться и административные объединения территорий. Первой примерно в конце1670-х годов образовалась Ошланская волость, которая состояла из 18 деревень с 99 дворами.

В 1678 году было основано село Рождественское, с чем связано образование новой волости - Ворсинской, получившей название от деревни Ворсик.

Весь XVIII век был характерен увеличением численности населения и уплотнения его расселения на освоенных землях. Началась интенсивная вырубка лесов под пашню и сенокосы, основание новых починков и деревень. С середины века по мере роста численности населения начинает происходить разукрупнение основных приходских образований и появление новых сел. Этот процесс сопровождался активной миссионерской деятельностью православных проповедников среди удмуртского населения. С 1722-го по 1746 год большинство удмуртов, живших среди русского населения, приняли христианство. В 1750 году для крещеных православие удмуртов была построена деревянная церковь при впадении речки Куземки в реку Косу, а вновь образованное село было названо Верхокосинс-ким (Караул). В 1766 году тоже для обращенных в православную веру удмуртов основали село Елгань (Унинский р-н). Приходский центр в верховьях реки Вой был сформирован в 1766 году из деревень, входивших ранее в состав Троицкой церкви Ошланского прихода. Новое село получило название Верхнего Ильинского (Верховойского). Выделившись из прихода Николаевской церкви села Лобань, группа деревень объединилась в новый приход с центром в селе Бутырки (1809). Из деревень, входивших прежде в состав Богородского, Рождественского и Нижнеильинского (совр. с. Ильинское соседнего Немского р-на) приходов, был сформирован новый приход с селом Хороши (1872), Позднее всех (1892) возникло село Спасское, выделенное из деревень Ух-тымского прихода.

По переписи населения 1785 года, кроме сел упомянуты многие деревни. Самая крупная -Ухтымская (Караул), относилась к первой Карийской доле Косинской волости, а проживали в ней 240 крестьян. Второй по величине названа деревня Ходыревская - 119 человек. Далее следуют починок Михея Обухова - 47жителей, село Никольское (Лобань) - 39 ясашных крестьян, в селе Ошлань и деревне Туманы - соответственно 21 и 9. Деревни Дымово и Борзово относились к Филипповской слободе Лемского десятка. В Дымово жили 35 черносошных крестьян, в Борзово- 15. В этих деревнях размещались также служащие ландмилиции (20 человек), выполнявшие функции пограничной стражи; эти населенные пункты находились в приграничной зоне между Вятским и Казанским уездами. В других деревнях численность населения составляла: Охорзино (Телянды) - 66 крестьян, Плоское - 64, Дворища - 61, Таранки - 53, в Тишино, Бали и Бородинцах - соответственно 47, 35 и 30 жителей.

Во второй половине XIX века село Ухтым и окружающая его территория оказались вовлечены в мероприятия, связанные с проектированием и строительством Пермь-Котласской железной дороги. В 1869 году на место трассы предполагаемой прокладки дороги прибыла группа изыскателей под руководством инженера Каянута. Был выполнен проект и проведены экономические расчеты, но эта работа оказалась невостребованной, а позднее трассу перенесли севернее и проложили вдоль русла реки Чепцы.

К началу XX столетия территория, составляющая ныне Богородский район, в административном отношении делилась на шесть волостей. В Нолинский уезд входили Богородская вол. с центром в с. Богородском; Ворсин-ская вол. - д. Ворсик, ее. Рождественское и Хороши; Тумановская вол. - д. Туманы, ее. Лобань и Бутырки; Таранковская вол. - д. Таранки, ее. Верховойское, Ошлань. К Глазовскому уезду относились Ухтымская вол. - ее. Ухтым и Спасское; часть Елганской вол. - с. Караул. Эти и другие старинные села района в большинстве сохранили прелесть исторической ландшафтной ситуации места поселения, уникальные особенности рельефа местности, ее природные характеристики, что в значительной степени повлияло на организацию их планировки и застройки. Живописное сочетание естественных возвышенностей, оврагов и распадков, пойменных участков малых рек и искусственных водоемов удачно гармонирует с доминирующими архитектурными сооружениями, привязка которых была выполнена с тщательно продуманной визуализацией.

Периодизация создания каменных памятников культовой архитектуры Богородского района, большая часть которых сохранилась, условно делится на четыре исторических периода. Условность эта объясняется тем, что многие храмы сами по себе имеют сложную историю, которая складывается из нескольких строительных этапов. Кроме того, следует учитывать, что по сравнению с областями средней Вятки первые памятники из кирпича рассматриваемого района выделяются заметной архаичностью, так как появились здесь на десятки лет позднее.

Первый период охватывает 1760-е - нач. 1790-х гг. В это время были построены храмы, в облике которых в той или иной степени выразительности отразились основные художественные направления регионального зодчества XVIII века. Церковь Рождества Христова с. Рождественское (Лапугино), четверик которой был построен в 1764 г., следует отнести к типу памятников раннего барокко, лучшие примеры которого на средней Вятке были созданы еще в 1730-1750-х годах. Характерная сдержанность и декоративная простота фасадных членений, рамочные обрамления «ушастых» наличников только повторяют образцы этого стиля, тогда как по времени он уже эстетически исчерпал себя. Троицкая церковь 1772-1778 гг. с. Ошлань- не самая удачная попытка воспроизведения распространенного в те годы типа ярусного храма. Невысокий четверик, слабо развитые полуглавия и непропорциональные световые восьмерики выдают руку неопытного мастера, который только начинает осваивать технические особенности самостоятельного подряда. На этом фоне церковь Николая Чудотворца 1780-1792 гг. в с. Лобань (Никольское) по праву считается одним из лучших храмов последней волны «вятского барокко». Соотношения объемов холодного храма и почерк декоративной обработки фасадов соответствуют в деталях внешнему убранству близкого по расположению Спасского (1780-1791) и Петропавловского (1787-1798) храмов в селах соответственно Архангельском Немского и Петровском Уржумского районов. Известно также, что подрядный договор на возведение церкви Петра и Павла был заключен с опытным мастером-каменщиком М. Л. Злобиным, причем в качестве образца для постройки был выбран его же объект - церковь Спаса, ранее возведенная в селе Архангельском с использованием, вероятно, архитектурного проекта. Принимая во внимание территориальную близость сел Архангельского и Никольского (ок. 27 км по прямой) и совпадение по времени постройки Спасского и Николаевского храмов, можно высказать предположение о причастности М. Л. Злобина или мастеров его артели к строительству последнего. Четвертым был несохранившийся, к сожалению, храм Вознесения 1771-1779 гг. вс. Богородском, отличавшийся характерным двухъярусным барочным силуэтом.

Второй период, начало которого - 1790 г., накладывается на окончание первого, а завершается ко второму десятилетию XIX века, представлен всего двумя памятниками. Тем не менее важность его объясняется введением авторского проектирования и строгой регламентацией обязательного использования архитектурных чертежей при возведении жилых и общественных зданий. Этот период интересен еще и художественной комбинацией двух стилевых направлений, когда традиции барокко плавно сливаются с классическим началом, а облик построек приобретает самобытный порубежный характер, в разной степени сочетающий в себе два течения. Оба храма были построены по проектам первого вятского губернского архитектора Ф. М. Рослякова. Церковь Казанской Богородицы 1790-1800 гг. в с. Караул (Верхокосинское) отражает ранний период его творчества, который отличался большей зависимостью от барокко. Высокий четверик с оригинальной подковообразной апсидой завершен двумя ярусами восьмериков, а полуглавия переродились в широкие лучковые фронтоны. Облик этого храма по всем признакам очень близок Троицкой церкви с. Елово (Ярский р-н Удмуртской Республики), которая тоже была возведена по проекту Рослякова в 1795 г. Другую объемно-пространственную композицию того же архитектора представляет церковь Ильи Пророка 1800-1809 гг. в с. Верховойском. Компактный, цельный объем храма типа «восьмерик на четверике» с высокой кровлей и небольшим световым восьмериком был создан единовременно с колокольней. Колокольня 1800 г. (не сохр.) при Вознесенском храме в Богородском отражала один из оригинальных способов трактовки переходного периода в истории местного зодчества.

Период классицизма как третий этап в развитии архитектуры на богородской земле представляет всего один, но самый заметный памятник - церковь Покрова 1847-1849 гг. в с. Ухтым. Созданный, вероятно, по образцовому проекту одного из ведущих зодчих своего времени, этот храм обладает всеми признаками чистоты высокого стиля и каноничности формы. Утраченной оказалась уникальная по композиции колокольня (была построена в кон. 1860-х гг.), представлявшая собой редкий тип храма «под звоном» с насыщенной функциональностью и большим эмоциональным содержанием архитектуры. В тот же период создается большинство других колоколен. Стройная вертикаль с развитым, украшенным портиками нижним ярусом появилась в 1815 г. вс. Ошлань. К рубежу 30-40-х годов XIX века относится постройка колокольни в с. Рождественском. При Никольской церкви с. Лобань в нач. 2-й пол. XJX в. по проекту А. С. Плесковского была построена колокольня с ротондальным ярусом звона. Она воспроизводит подобное утраченное архитектурное произведение того же автора в п. Кик-нур. Примерно в те же годы была возведена колокольня Казанско-Богородицкой церкви с. Караул. Следует подчеркнуть принципиальную схожесть ярусных композиций памятников в селах Ошлань, Рождественское и Караул. Тогда же была выполнена перестройка трапезной (1842-1848 гг.) Вознесенской церкви в Богородском.

Четвертый период, в течение которого были созданы памятники эклектичной и стилизаторской архитектуры, приходится на 1870-1910-е годы. Кроме церкви Трех Святителей 1872-1876 гг. в д. Бутырки, построенной по образцовому проекту К. А. Тона, были возведены храм Спаса Преображения 1887-1895 гг. в с. Хороши (не сохр.) и деревянная Спасская церковь 1892-97гг. в одноименном селе (не сохр.). Кроме того, в селе Хорошах до постройки каменного существовал в 1872-1896 гг. деревянный храм под тем же наименованием, об облике которого никаких сведений не сохранилось. Известен этот период и капитальными перестройками теплых храмов. Самые значительные реконструкции церковных трапезных были осуществлены в селах Лобань, Караул (обе - в кон. XIX - нач. XX вв.), Ошлань (1910-е гг.) и Рождественское (1913 г.). При этом преследовались не только утилитарные цели расширения церковных площадей; сохранялись общая стилистика и композиционное единство памятников. Объединение храмов с отдельно стоявшими колокольнями служило удобству прихожан и находилось в русле общей региональной тенденции подхода к вопросу о методике реконструкций.

В начале XX века в церковном строительстве наметился прагматичный подход, направленный на устройство «одних теплых храмов без куполов». Как положительный пример в губернской прессе тех лет приводилось описание нового каменного храма для зимней службы в селе Хороши Нолинского уезда. Пробное строительство этого небольшого церковного здания «спереди с колокольницей, а сзади с глухой стеной», лишенного высокого ярусного пространства в интерьере, позволяло сберегать тепло и возродить старинный способ поэтапного возведения большинства приходских церквей в тех случаях, когда это требовалось из рациональных экономических соображений.
Объемно-пространственная композиция большинства культовых памятников района принадлежит самому распространенному типу приходских церквей - продольно-осевому с последовательным расположением составляющих частей. При этом преобладает ярусная компоновка построения квадратных в плане холодных храмов по вертикали. Наиболее характерные памятники такой группы -Никольская церковь с. Лобань, Троицкая церковь с. Ошлань, храм Казанской Богородицы в с. Караул. Световой восьмерик, появившийся позднее над основным объемом церкви Рождества Христова в с. Рождественском, также относит этот памятник к названному типу. Восьмерик на четверике как идеальный вариант традиционно барочной композиции присутствовал на Вознесенской церкви п. Богородское и украшает в настоящее время Ильинский храм с. Верховойского. Веками устоявшийся четырехстолпный крестово-куполь-ный тип в классицистическом варианте с впечатляющим пятиглавым завершением представлен Храмом покрова в селе Ухтым. Оригинальный по композиции храм Трех Святителей в д. Бутырки - завершенный одноглавием восьмерик от земли.

Значительную группу составляют памятники гражданской архитектуры, среди которых особое место принадлежит зданиям земских школ. В районе таких три - в селе Ухтым и деревнях Зашихи и Митроки. Все они были построены почти одновременно в 1910-е годы, в основу одноэтажной планировки каждой из них был положен один и тот же типовой проект, а строительство проводилось, очевидно, в рамках уездной земской программы по развитию народного образования. Кроме земских, в большинстве сел при храмах сохранились церковно-приходские школы. Таких тоже несколько: в селах Ошлань, Караул (2-я пол. XIXв.) и Верховойском (1-я пол. -сер.XIXв.). Эти двухэтажные постройки также схожи между собой по своему лапидарному облику и простой планировке. К ним же следует отнести и земскую школу в с. Караул. Сохранившаяся сельская жилая капитальная застройка представлена домами священнослужителей в селах Рождественское (сер. XIX в.), Верховой-ское (1900-е гг.) и Ухтым (кон. XIX в.), торговца и зажиточного крестьянина: дом Лялина (кон. XIX - нач. XX вв.) в с. Караул и дом И. К. Анисимова (1890-е гг.) в д. Таранки. Рассматривая местные архитектурные особенности, присущие деревянной и полукаменной исторической жилой и общественной застройке, стоит отметить наличие полуфронтонов по сторонам мезонина, придающих крыше ломаное очертание, «лучистую» обшивку и сегментные чердачные окна, особый волнообразный рисунок зашивки углов накладными лопатками. В дореволюционный период и первой трети XX в. на территории нынешнего Богородского района в крестьянских хозяйствах активно использовались традиционные деревянные мельницы. Наиболее распространенными среди них были водяные: Аванневская, Быковская, Пелевская, Гришковская, Болта-ловская, Франдовская, Заболотская, Полежаевская, Ляжмарская, Вогульская, Малая и Большая Трубицынские, Голодаевская, Кара-чевская, Слобожанская, Юньговская, Кощеевская, Жуйковская, Митюшкинская, Рождественская, Фадинская, Березовская, Ежовс-кая, Ларенская, Наумовская, Плоская, Малая Корякинская, Пустограевская, Хорошевская, Лопугинская, Китаевская. Известна и одна ветряная, которая находилась в деревне Большое Озеро, входившей в приход села Лобань. И в последующие годы продолжали строить водяные мельницы, которые выполняли немаловажную народнохозяйственную задачу. Так, _в. 1920-е на реках района были построены Большая Питимская, Ветошкинская, Башарская, Ковардовская, Талановская, Вдовинская. Позднее, в 1930-е годы при устройстве мельниц стали применять конный привод: Липовская, Власовская, Козловская, Ожеговская. По статистике, в 1933-1934 годах в районе числилась 31 мельница с 46 мукомольными и шестью обдирочными станками, годовая пропускная способность которых составляла 10800 тонн зерна.

В целом же характерной чертой современной сельской застройки района является полное отсутствие сохранившихся жилых и хозяйственных деревянных построек середины и второй половины XIX века и редко встречающихся образцов рубежа XIX - XX веков. Постройки из традиционного строительного материала, заполонившие в основном улицы крупных сел, бывших прежде центральными усадьбами колхозов и совхозов, в массовом количестве появились в кон. 60-х - сер. 80-х гг. XX в. и представляют собой безынтересные типовые брусковые двухквартирные дома, унылый облик которых резко диссонирует с расположенными по соседству памятниками архитектуры.

Интерес представляет частично сохранившийся комплекс земской больницы (1898-1907 гг.) павильонного типа в с. Хороши, включавший кроме построек сад и огородный участок. Двухэтажный кирпичный корпус собственно больницы 1899-1901 гг. в свое время был оснащен современным по тем временам медицинским оборудованием и отвечал всем нормам и требованиям строительной гигиены.

К сожалению, за исключением отдельных объектов историко-архитектурное наследие богородской земли до настоящего времени не вызывало интереса исследователей. Следует отметить упоминание в работах А. Г. Тинского, А. Ю. Каптикова, И. В. Беровой памятников зодчества, связанных с периодом «вятского барокко» (Никольская церковь с. Лобань) и творчеством Ф. М. Рослякова (храмы в селах Караул и Верховойское). Организованная А. Г. Тинским в 1970-е годы паспортизация и архитектурный обмер планов культовых объектов послужила подспорьем для их изучения в настоящей публикации. Можно надеяться, что интересный исторический потенциал богородской земли будет активно востребован и окажет свою положительную роль для реконструкции и обновления культурной пространственной инфраструктуры района.

• Знакомый. К вопросу о церковном строительстве // ВЕВ. -Вятка, 1909. - 30 июля (№30). - С.781
• Каптиков А. Ю. Народные мастера-каменщики в русской архитектуре XVIII века. - М., 1988. - С. 17,97-98
• Чирков М. Были мельницы свои // Заря. - Богородское, 1993. - 8 апр. (№42). - С.2
• Шулепов Н. П. Богородский район в XIX веке // Заря. - Богородское, 1978. -23 мая, 10 и 17 июня (№№61, 69, 72). -С.4
• Шулепов Н. П. Богородскому району - 300 лет //Заря. -Богородское, 1978. - 4 апр., 25 март., 7 мая, 10, 17 июнь
• Шулепов Н. П. Верхокосинское - Караул //Заря. - Богородское, 1966. - 22 нояб. (№119). - С.4
• Шулепов Н. П. Летопись сел района // Заря. -Богородское, 1972. - 19 февр. (№22). - С.2
• ЭЗВ. 1.4. История. - Киров, 1995.
студия
Киров сверху
Киров на Google Earth
Витрина

Требуется для просмотраFlash Player 9 или выше.

Показать все теги
   
Рейтинг блогов   Rambler's Top100      
современный  
Строительство